Книга Космический замуж. Любовь прилагается, страница 45 – Лия Валери

Я чувствую, как Ульяна шевелится первой. Её дыхание меняет ритм, тело напрягается ещё до того, как открываются глаза. Она не говорит ни слова, просто аккуратно высвобождается из наших объятий и скользит с кровати. Я приоткрываю один глаз, наблюдаю, как она натягивает халат. Её лицо в утренних сумерках бледное, сосредоточенное. Переживает за бабушку. Спешит проверить её после ночи.

Я тоже встаю. Я трогаю плечо Хоука — брат просыпается мгновенно, как и подобает солдату. Мы молча переглядываемся и следуем за ней. Мы должны быть рядом.

Терми встречает нас в коридоре. Его оптический сенсор мигает жёлтым, но тревоги в сигнале нет.

— Ночной мониторинг завершён! — шепчет он, стараясь не нарушать тишину. — Все жизненные показатели бабушки Маши в пределах нормы. Нарушений сна не зафиксировано. Эпизодов дезориентации — ноль. Поведение стабильно-спокойное. Очень необычно!

В его электронном голосе звучит почти человеческое недоумение.

Ульяна лишь кивает, её пальцы, сжимают пояс халата. Она подходит к двери, замирает на секунду и толкает её.

Мы входим следом, готовые ко всему. К тишине. К беспамятству.

Картина, которая предстаёт перед нами, заставляет замереть на пороге, будто вкопанным.

Бабушка сидит на кровати, уже одетая в своё яркое платье. Но это не её обычный, рассеянный вид. Она сидит прямо, её поза удивительно собрана. А главное — её глаза. Они ясные. Не по-детски любопытные, которые не могут долго удерживать внимание на чём-то одном, а осознанные. И в них нет и тени вчерашнего тумана.

Ульяна стоит, не двигаясь, застывшая в двух шагах. Кажется, она боится сделать вдох, чтобы не разрушить этот хрупкий мираж.

И тогда бабушка улыбается. Тёплой улыбкой. Она протягивает руки.

— Внученька моя,— её голос тихий, но без привычных скачков и детской игривости. — Иди ко мне.

Ульяна делает шаг, потом ещё один, будто на автомате. Бабушка обнимает её, прижимает к себе и нежно гладит по волосам. И это не рассеянный жест. Это ласка. Осознанная. Полная любви.

— Какая же ты у меня умничка, — шепчет бабушка. — Я в тебе ни секунды не сомневалась. Знала, что у моей девочки всё получится.

Ульяна застывает в её объятиях, её плечи начинают тихо трястись. Она плачет негромко. Это беззвучные рыдания облегчения.

Я перевожу взгляд на Хоука. Брат стоит, скрестив руки, его челюсть напряжена. Он смотрит на бабушку, и в его глазах, всегда таких насмешливых или яростных, — чистейшее, немое потрясение. Он видит то же, что и я. Это настоящий и ошеломляющий прорыв.

«Слеза Феникса» сработала. Не за месяцы. Не за недели. За одну ночь.

Лежать в холодной, стерильной медкапсуле — ощущение, к которому я никогда не привыкну. Беззвучный гул сканеров, голографические проекции, проплывающие прямо надо мной, отображая схемы моего тела в разрезе. Синий свет. Он проникал под закрытые веки, делая всё вокруг нереальным, как в дурном сне.

Всё случилось слишком быстро. После утреннего чуда с бабушкой Грэйв, настоял на поездке в медцентр.

— Нужно подтвердить наш брак, чтобы никто не успел запустить свои механизмы, — сказал он, опережая мои вопросы. — И заодно обследуем бабушку. Надо зафиксировать её состояние официально.

Бабушку обследовали первой. Я сидела в приёмной, зажатая между Грэйвом и Хоуком, переживала, нервничала. Каждая секунда ожидания растягивалась в вечность. А вдруг эффект был временным? А вдруг сканеры обнаружат что-то ужасное?