Книга Хозяин Зимы, страница 142 – Ирена Мадир

Тихонько выйдя в коридор, Оленя поспешила вниз, в натопленную кухню, где остались забытые спицы и пряжа. Может, хоть они займут ее, а чай успокоит. Чайник был еще горячий, очевидно, Севаре тоже требовалось успокоительное перед сном… От навязчивых и непристойных мыслей о том, какую помощь госпожа стребовала со Льда, отвлек ветер, который словно ударил по окну.

Вздрогнув, Оленя подняла голову и заметила фигуру, стоящую вдали, за забором. Светившиеся глаза были различимы, и отсюда узнать его не составило труда.

Придержав дверь кабинета, чтобы Лед мог войти и поставить поднос на столик, Севара замерла. Она любовалась, как тусклый свет зажженной свечи играет в белых волосах, как выделяются веснушки, будто настоящие звезды. Они слегка сияли изнутри, как и радужка голубых глаз. Эта наружность мало напоминала Неждана. Разительное отличие не позволяло сразу узнать в лице знакомые черты, однако чем дольше Севара смотрела, тем отчетливее видела родной облик.

Лед опустился на диван. Такое привычное действие! Оказывается, она соскучилась по полуночным посиделкам, а он… Он насмешливо покосился на нее, наливая чай:

– Любуешься, госпожа моя?

– Вот еще!

Посрамленная Севара отвернулась, но все равно села рядом со Льдом. На почтительном расстоянии, разумеется, она ведь, в конце концов, до сих пор злилась на него… Ну или хотела злиться, чтобы не пришлось снова снимать броню угрюмой дворянки.

– Тебе нужно согреться, Сева.

– Я не замерзла.

Почти правда. Стоило выйти из комнаты Льда, как теплый воздух натопленного дома обнял ее со всех сторон. Тело быстро перестало дрожать от холода. По правде, было даже жарковато. Не зря же на отопление и его усиление магическими артефактами Севара не скупилась.

– Сейчас нет, а ну как ты вдруг решишь снова наброситься на меня с поцелуями?

Она гневно зыркнула на него.

– Тогда тебе станет холоднее. И чем горячее ты будешь, тем лучше.

– Для кого лучше?

– Для тебя. Но, признаю, я обожаю горячихдам. – Лед криво ухмыльнулся, явно довольный своими дурацкими замечаниями, а Севара закатила глаза, но чашку с чаем приняла.

Медовый привкус тут же наполнил рот, но больше ничего. Неужели забыл? Или… Или так он показывает, что отказывается от нее? Нет, это бред, зачем надумывать?

– Почему нет мяты? – не сдержавшись, спросила Севара.

– Уже? – Лед вскинул брови.

До того как она успела ответить, его губы накрыли ее. Он целовал нежно, но уверенно. Прохладные пальцы скользили по линии челюсти Севары, вынуждая ее приподнять голову, чтобы удобнее было целовать. Во рту медовый привкус переплетался с морозной мятой, как переплетались и языки…

Лед отстранился так же быстро, как и прильнул. Севара сглотнула, ощущая знакомый жар вожделения.

– Мята для моей госпожи, – прошептал Лед, облизывая губы. –Или мне стоит опуститься ниже?

Щеки запекло. Севара до сих пор не привыкла к таким намекам и раз за разом смущалась, как девчонка. Это злило ее. Почти так же сильно, как собственное тело, с пылом откликавшееся на все, что делал и говорил Лед. Пришлось свести ноги вместе, потому что память предательски напоминала об удовольствии, которое он мог принести…

– В прошлый раз мне приходилось еще и держать ложный облик, – продолжал Лед, придвигаясь ближе. – Теперь нет. Я могу гораздо больше сделать для моей теплой сладкой госпожи.