Книга Хранить ее Душу, страница 16 – Опал Рейн

— Что ты сделаешь, если я не пойду за тобой? — крикнула она ему в спину, отказываясь сделать шаг следом.

— На твоём месте я бы пошёл, снежная человечка.

— Ты быстрый? — Она уже знала ответ, видя, с какой лёгкостью он двигался, почти не прилагая усилий.

Он наконец остановился и повернул голову в сторону, показывая ей профиль своей волчьей черепной морды, выступавшей почти на фут из-под плаща. Какой смысл вообще его носить, если это ничего не скрывает?Он почти не прятал своё лицо. Она видела светящуюся сферу глаз, частично скрытую капюшоном.

— Мне нравится охота, — ответил он; его голос стал темнее и глубже ровно перед тем, как сфера сменила цвет на красный. — Но она делает меня голодным.

Рея судорожно сглотнула, зная, что смена цвета его глаз не сулит ничего хорошего. Судя по всему, он ел и людей, и Демонов. Было бы мудро не делать его… голодным.

Прижав ладонь ко лбу, затем проведя руками вверх и по волосам в бессильном раздражении, она ощутила на голове цветочный венок — как нимб. В этом наряде она чувствовала себя глупо. Венок перепутался, потому что она так много бежала; она сорвала его с головы и, рванув к Сумеречному Страннику, швырнулав сторону.

Он, должно быть, следил за её движениями — его голова повернулась, когда она поравнялась с ним. Спустя мгновение он фыркнул; из носового отверстия заострённого черепа вырвалось маленькое облачко пара, и его глаза вновь стали синими.

Он снова повёл их вперёд.

— Ты солгала в деревне?

— О чём? — Сердце сжалось: и от неопределённости того, что он сделает, если узнает, что она уже солгала, и от необходимости заставлять тело поспевать за его быстрым шагом, не падая снова в снег.

Ей приходилось постоянно поднимать подол платья, и холодная пудра прижималась к её голым ногам.

Зубы начали стучать, челюсть неприятно подрагивала. Вторую туфлю она потеряла, пальцы рук и ног жгло от холода. Костяшки побелели до розового, и она не сомневалась, что нос и пальцы ног выглядят так же.

— О том, почему ты предлагала себя мне.

— Что ты сделаешь в зависимости от ответа?

— Ничего. Мне всё равно, солгала ли ты, потому что не могла ответить при других людях.

Рея сдула локон волос с лица, жалея, что нос будто заледенел. Из ноздри сорвалась капля, и ей приходилось постоянно шмыгать носом.

— Да, я солгала. У меня два варианта: либо позволить тебе забрать меня, либо провести остаток жизни в тюремной камере.

Он поднял руку и обхватил кончик своего костяного рыла.

— Понимаю.

— Слушай. Я иду, потому что вижу: тебя это взбесит, если я не пойду, — но я не была по-настоящему добровольной жертвой. — Рея снова споткнулась. Простонав, хлопнула ладонью по земле и поднялась. — Раз так, ты готов отпустить меня?

— Нет, — ответил он, убирая руку и пряча её обратно под плащ. Она видела смутный контур его руки, когда он сцепил ладони за спиной. — Ты предложила себя. Твоя кровь была взята как плата за оберег, и я сделал это только затем, чтобы получить тебя.

— То есть тебе всё равно?

Ну охренеть.План провалился.

— Не то чтобы мне было всё равно. Цена уплачена, сделка заключена, и я не желаю возвращаться или идти в другую деревню за новым подношением. Однако все вы, избранные люди, должныбыть со мной по собственному выбору — будь то ради защиты семьи или просто потому, что вам плевать на свою жизнь.