Книга Хранить ее Душу, страница 251 – Опал Рейн

Ему не хотелось этого делать, и он беспокоился, что сломает их, так как не мог заглянуть за свой череп, чтобы увидеть рога.

В следующий раз я попрошу её снять их перед тем, как пойду на охоту.По крайней мере, теперь он знал.

Утреннее солнце было ярким для его глаз, но ощущалось теплым на теле, нагревая одежду и плоть под ней. Теперь, когда весна почти закончилась, было много красок и цветов.

Однажды он собирал цветы для Катерины. Он счел их красивыми, как она, и хотел подарить их ей в надежде, что она тоже найдет их красивыми. Ей они не понравились.

Понравятся ли Рее цветы?Мысль о том, что она может подарить ему ту сияющуюяркую улыбку, с которой она выглядела так, словно её сердце тает в груди — так же, как её улыбка заставляла чувствовать его, — умоляла его попробовать. Я возьму немного, когда буду уходить. Если ей не понравятся, я не буду делать этого снова.

Он хотел подарить ей красные розы, так как она пахла ими. Он хотел, чтобы она поняла, почему он обожает её запах, и он знал, что прямо на краю обрыва Покрова растет много кустов бузины. Он мог преподнести и то, и другое, чтобы она понюхала и разделила то, что он испытывает в её присутствии.

Как раз когда он приближался к стаду оленей, видя их чуть дальше за деревьями, запах бузины и роз коснулся его чувств.

Неужели он так сильно хотел вернуться к ней, что ему мерещится её запах?

— Орфей? — Он услышал этот любимый голос позади себя и стремительно развернулся.

Там, на небольшой полянке, поросшей травой с желтыми полевыми цветами, сидела она. Она сидела на бедре, поджав ноги в сторону, опираясь одной рукой о землю.

Его голова дернулась в сторону так резко, что почти перевернулась.

— Рея? — Он подошел к ней. — Что ты здесь делаешь?

Она пошла за мной? Но зачем?Он не знал, как к этому относиться. Она не была под защитой их дома, и на ней даже не было обуви, чтобы защитить её маленькие ножки.

На ней было бледно-голубое платье, похожее на то розовое, которое ей пришлось чинить из-за пореза на спине от кинжала, убившего её. Орфей ненавидел то, что она также носила шрам от него между лопатками — постоянное напоминание о том, что он подвел её.

У неё не осталось шрамов с того раза, когда её, по-видимому, съел Демон, открытие чего сильно его расстроило. Они оба думали, что, возможно, любые новые раны, которые она получит, исчезнут в следующий раз, когда она умрет — не то чтобы он горел желанием узнать истинный ответ на это.

У неё были маленькие шрамы с тех времен, когда он случайно царапал её когтями, и он предпочел бы видеть их там, чем знать, что они исчезли, потому что она была ранена так сильно, что умерла.

Услышав его вопрос, она подняла руки, глядя на свои ладони.

— Я… я не знаю. В одну минуту я ела завтрак в саду. — Она встретилась с ним взглядом, когда он положил руку ей на волосы, чтобы погладить, и трепет пронзил его от возможности коснуться её. — А потом внезапно я исчезла и появиласьпозади тебя на земле.

Прошел день.Примерно в это время дня он ушел из дома на охоту.

Мавке требовался день, чтобы раны начали заживать, какими бы большими или маленькими они ни были. День отсутствия конечности, прежде чем она отрастет за секунду. День в забытьи в виде лишь черепа, прежде чем тело отрастет в пузырящейся, липкой черной жидкости, и твердая форма затвердеет.