Книга Хранить ее Душу, страница 33 – Опал Рейн

Когда он не ответил даже спустя долгое молчание, растянувшееся между ними, она прищурилась. Интересно, сработает ли это снова.

— Орфей?

Её глаза широко распахнулись, когда она почувствовала, как дрожь прокатилась по его телу волной — точно так же, как короткошёрстные псы стряхивают с себя воду.

Одно лишь его имя вызывает такую реакцию?!

— Ты должна предложить мне свою душу, чтобы я сохранил её, — торопливо сказал он.

Напряжение пронзило её так резко, что всё внутри окаменело.

Так. Этого я точно никогда не сделаю.

— Я когда-то думал, что сделки о вечной жизни, пока я жив, будет достаточно… но ни один человек не захотел быть связанным со мной.

Да уж.

Идея быть навечно связанной с монстром звучала как чистейший ад.

Глава 7

Лишь на следующий день Рея обнаружила себя смотрящей вниз, в лесной каньон Покрова. Обычно путь сюда занимал четыре дня, но его длинные шаги сократили его до трёх. Наброски и рисунки, которые она когда-то видела, и близко не передавали того по-настоящему жуткого и тревожного вида, каким он был на самом деле.

Всё ещё покоясь в руках Сумеречного Странника — она проснулась совсем недавно, — Рея вглядывалась в зловещую картину под ними.

Чёрный смог плотным кольцом окружал весь сероватый лес, раскинувшийся настолько далеко и широко, насколько хватало взгляда, уходя на мили и мили, так что она не могла разглядеть скальные стены на другой стороне. Покров, как говорили, занимал одну четверть всего континента и располагался прямо в самом центре его земель.

Смог тяжело прижимался к краям утёсов, просачивался между стволами деревьев и в некоторых местах поднимался выше, словно живой.

Скальные кромки каньона, окружавшего лес Покрова, отбрасывали на него широкие дуги тени, делая его ещё более мрачным, чем это вообще было необходимо.

Несмотря на то что деревья, насколько она могла судить, выглядели пышными и здоровыми, в ноздри ударяла вонь гниения — словно запах разлагающихся тел. Резкая, тяжёлая, она скручивала ей внутренности и заставляла жалеть, что утром она съела свой завтрак из черствого хлеба и побитого яблока. Желудок подступал всё сильнее, чем дольше они стояли прямо на краю утёса, словно подталкивая её к тому, чтобы её вырвало.

Рейя прикрыла рот и нос ладонью, тщетно пытаясь защититься от запаха.

— Я… я не думаю, что смогу туда войти. Это самый ужасный запах, который я когда-либо чувствовала.

И он хотел увести её внутрь? Она могла только представить, насколько хуже будет внизу.

— Я всегда находил границу довольно отвратительной, — сказал он, фыркнув через костяное рыло и покачав головой, отчего раздался лёгкий треск — звук, который она часто слышала от Демонов. — Но он есть только на границе. Как только мы войдём внутрь, ты больше не будешь его чувствовать.

— Ты лжёшь?

Это должно быть ложью — просто чтобы заставить её покорно спуститься туда. Хотя она вовсе не хотела идти в Покров.

Запах был омерзительным, но присутствовало и нечто худшее.

Ужас.

Не внутри неё — внутри него. Она ощущала ужас так, словно это былоне чувство, а нечто осязаемое. Он говорил с ней. Умолял её не подходить ближе.

И когда Орфей начал идти вдоль края утёса, выискивая место, где можно было спуститься вниз, словно по каменным ступеням, этот ужас взывал к ней — беги. Развернись. Уходи, пока не стало слишком поздно.