Книга Хранить ее Душу, страница 81 – Опал Рейн

— Да почему ты такой тяжелый, черт бы тебя побрал! — крикнула она, пытаясь затолкнуть его на кровать.

После нескольких попыток ей удалось зацепить его так, чтобы закинуть конечности на матрас. Он лежал на животе, завалившись на бок, но, наконец, он был на месте. Там, где он мог отдохнуть.

— Это был самый дерьмовый день в моей жизни.

Она сидела на полу, прижав колени к груди прямо перед его кроватью, и впивалась кончиками пальцев в лоб. Какое-то время Рея просто сидела так, чувствуя, как горят от усталости мышцы рук и ног, и пытаясь выровнять дыхание. Лишь спустя долгое время она почувствовала вонь демонической крови, исходящую от неё самой. Коснувшись плеча, чтобы осмотреть рану, она невольно шикнула от боли.

Рея уставилась на кровь на своих пальцах, боясь, что зараза от Демона попала в рану и начнется инфекция. Мы чуть не сдохли.

Ей до тошноты хотелось смыть этот запах и все улики того, через что она только что прошла. Рея направилась к обеденному столу, где стояло большое ведро воды, которое он раздобыл для неё. Зачерпнув воду маленьким ведерком,она унесла его в уборную. Когда она начала стягивать перепачканное кровью платье, которое омерзительно прилипло к коже, её живот свело от позывов к рвоте. Сев в ванну, она принялась протирать голое тело тряпкой, окуная её в воду и с силой выжимая.

Потребовалось немало времени, прежде чем она почувствовала себя чистой. Рея втирала масло, которое Орфей обычно использовал для неё, чтобы отмыть кожу. Оно впитывалось в плоть, помогая окончательно извести вонь. Она понимала, что только что стерла заклинание Орфея, но ей было плевать.

В тайне она надеялась, что сможет сотворить это заклинание сама. А вдруг он солгал ей? Вдруг он просто хотел касаться её? Эта мысль вызвала в ней волну сочувствия: может, он просто искал близости, потому что был чертовски одинок.

Вина мертвой хваткой вцепилась ей в горло, не желая отпускать. Она сбежала, и теперь он ранен и впал в беспамятство. Зачем я вообще бежала? Он ведь на самом деле не так уж плохой.

Всхлипы Реи эхом отдавались от стен, пока она растирала кожу маслом. Этот день стал травмой для любого, но особенно для той, кто никогда не просил о такой доле. Какая же я дура. Госпади, какая дура.

Слезы не останавливались. Она разорвала одно из платьев, чтобы перебинтовать лодыжку и плечо, а затем взяла еще одно ведро воды (в баке её почти не осталось) и понесла к нему.

Поставив ведро и тряпку на пол, она кинжалом разрезала его рубашку. Слава богу, на нем не было того тяжелого плаща, который разделать было бы куда сложнее. Кусочек за кусочком она срезала ткань с его торса, обнажая его тело. Возможно, в самом начале её бы передернуло от увиденного, но сейчас разум почти не фиксировал различия — она лишь искала раны, чтобы промыть и перевязать их.

От кончиков пальцев до середины бицепса его кожа была темно-серой, а затем сквозь нее пробивался короткий черный мех, похожий на олений. Ближе к плечам, верхней части спины, груди и шее он становился длиннее, напоминая волчью шерсть. Грудь у него была мощная и широкая; олений мех снова появлялся над изгибами грудных мышц и черными сосками. Ниже снова шла темно-серая кожа, обтягивающая вполне человеческий живот и бедра, хотя талия была чуть уже, чем обычно.