Книга Гиппогриф на Рождество, страница 30 – Зои Чант

— Все в порядке? — спросила Энни, заезжая на наполовину пустую парковку.

— Ага. Просто сообщил семье, что приеду немного позже запланированного, — сказал Бо. — Они не против.

Энни взглянула на него, когда парковала машину, и на ее лице появилось странное выражение.

— Так… ты действительно серьезен насчет фразы «дай мне три дня»? Ты действительно собираешься остаться здесь, вместо того чтобы отправиться праздновать Рождество со своей семьей?

«Наша пара сомневается в наших словах? — в голосе гиппогрифа прозвучала обида. — Разве мы не показали, что мы ей преданы? Это неприемлемо! Мы должны постараться показать ей, что она значит для нас!»

Несмотря на эту истерику, Бо сумел сохранить невозмутимое выражение лица… он на это надеялся.

— Да, — сказал он. — Я действительно так собираюсь сделать, Энни. И не только потому, что сейчас Рождество. — Бо сглотнул, в горле у него пересохло, когда он посмотрел в широко раскрытые глаза Энни. — Я бы все равно это сделал, просто чтобы провести с тобой больше времени.

— Но… но ты даже меня не знаешь, — сказала Энни с легким недоумением в голосе.

«Моя душа знает твою душу, — настаивал его гиппогриф, и Бо пришлось сдержать слова, готовые сорваться с его губ. — С того момента, как мы прикоснулись, я понял, что мы созданы друг для друга. Я знал, что ты моя пара».

— Может, и нет, — выдавил из себя Бо. — Но я знаю достаточно, чтобы понимать, что хотел бы узнать тебя получше, если ты позволишь.

Энни покачала головой, и на мгновение у Бо кровь застыла в жилах, когда он решил, что она отказывается.

— Я… нет, я бы тоже хотела узнать тебя получше, — призналась он тихо. Она смотрела на свои колени, как будто ей было трудно открыто говорить о своих чувствах. — Я думала… с того самого момента, как впервые увидел тебя, я думала…

Гиппогриф Бо вскочил и расправил крылья.

«Она знает! Она тоже это чувствует! Если мы скажем ей, она поймет… ощутит правду в глубине души».

Что ж, возможно, но Бо не был готов пойти на такой риск. Он чувствовал что-то внутри Энни… печаль, уверенность в том, что она не тот человек, которому можно посвятить себя телом и душой, как оборотень посвятил бы себя своей паре.

«Я просто обязан показать ей, что она достойна, —подумал он. — Просто. Ха. Что из всего этого можно назвать простым?»

Энни глубоко вздохнула, посмотрев на него снизу вверх, и Бо снова был поражен красотой ее глаз, которые казались почти стеклянными.

— Я имею в виду… это не имеет значения, — сказала она наконец, и Бо почувствовал, что момент ускользает от него. Губы Энни изогнулись в улыбке. — Разве ты не собирался научить меня кататься на коньках? Потому что, если так, то мы в нужном месте.

Пытаясь подавить охватившее его разочарование, Бо посмотрел через лобовое стекло в том направлении, куда указывала Энни.

Она привезла их к озеру, окруженному деревьями, которые были увиты золотыми гирляндами, мерцающими в туманном предвечернем свете. Между деревьями были развешаны гирлянды зеленых и красных фонариков, которые мягко переливались в воздухе.

У входа в озеро стояла огромная темно — зеленая рождественская елка, увитая гирляндами и мишурой, увенчанная сверкающей золотой звездой, а на самом озере были десятки конькобежцев, быстрых и медленных, но всем им явно нравилось гулять в этот морозный зимний день.