Книга Повелитель Лжи, страница 136 – Даниэль Зеа Рэй

– Сапфир… – раздался тихий голос совсем близко от нее, и принцесса оборвала смех.

Она смотрела на мужа, застывшего перед ней. Когда он подошел? Когда присел на корточки и взял ее за руку?

Она не заметила. Пропустила опасное нападение, и вот клинок привязанности пронзил грудь и выпустил весь воздух.

Когда-то он сказал ей, что через год его не станет. И обманул.

Теперь примерно через год не станет ее. А он пытается убедить всех вокруг, что существует средство исправить несовершенство, в которое запихнули ее сознание. О, Гронидел… Как ловко ты умеешь манипулировать чужими слабостями и мечтами. Ведь именно это от тебя желал услышать инайский король, потерявший жену и брата. Это же внимательно слушал и ошони по имени Кардахар, периодически косясь на зальтийскую деву. Речам его внимала и Обринь, копия которой застыла в мраморе во дворе этого дома. Даже она, Сапфир, внимательно слушала Гронидела, разбрасывающего вокруг себя надежду, словно конфеты бездомным детям.

Берите! Наслаждайтесь и верьте! И идите в бой следом за ним, чтобы спасти тысячи и поучаствовать в войне, где победителей не будет. Даже если мир маны выстоит и уничтожит пришлых врагов, примерно треть его населения все равно через год погибнет. Ведь Гронидел Зальтийский так умело всем вам… соврал.

Сапфир выдернула ладонь из его пальцев и прошипела:

– Отойди от меня…

Принц моментально изменился в лице. Нетерпение перелилось через край, и злоба нашла пристанище в сжатых губах с недовольно опущенными углами рта.

– Я хочутебя спасти, – произнес он сдержанно и встал. – Даже если сама ты этого не хочешь.

Принцесса запрокинула голову, не сводя глаз с бывшего мужа.

– Я воин, Гронидел. Меня спасать не нужно. – Принцесса щелкнула пальцами, и в воздухе появилась светящаяся лента, соединяющая ее запястье с рукоятью меча, оставленного у стены.

Взмах рукой, и меч полетел к принцессе через все комнату, едва не задев Обринь и Галлахера по пути. Оказавшись в ладони хозяйки, его острие застыло напротив лица Гронидела, а по гладкому лезвию заструились языки синего пламени, вот-вот готовые перекинуться на принца и сжечь его дотла.

– Но раз уж ты здесь, – Сапфир продолжала смотреть в его красные, наполненные злобой глаза, – и раздаешь большие обещания жителям мира маны, то я с удовольствием прослежу за тем, как ты будешь их выполнять.

Сапфир опустила меч и встала. Гронидел не двигался, глядя на принцессу сверху вниз.

– Я уже и забыла, что ты довольно высок, – хмыкнула она, обошла принца и вернулась к столу с картой.

Взглянула на Галлахера, с осуждением глядящего на нее, на Обринь,с подозрением косящуюся на ее меч, на ошони по имени Кардахар, что пытливо щурился, изучая чувства, которые одолевали ее в тот момент, и после недолгого молчания наконец произнесла:

– Примерно через два дня на мир маны обрушится третья атака гайнбрадов. Самая масштабная из всех, что были до нее. Фейран сказал, что из-за падающих яиц щекозубов мы не увидим неба над головой – все окажется в огне и золоте. – Сапфир повернулась к Грониделу, стоящему у кресла, в котором она сидела, и изучающему пустоту перед собой. – Обезглавить Рой перед этим боем – все равно, что подписать миру маны смертный приговор. Да, мы их рабы, но как бы ни относились к своих захватчикам, только с их помощью мы сможем пережить третью волну атаки гайнбрадов и выжить. Тем не менее именно время атаки окажется самым уязвимым для Роя. Фейцы, управляющие их кораблями, будут заняты работой на своих постах. Фейцев из числа Теней отправят на поле боя в пространство Изнанки, куда явится армия гайнбрадов, чтобы управлять нечистью. Однако пока все будут заняты боем, корабли Роя и Сфера станут наиболее уязвимым местом для нападения.