Книга Доктор Грант, страница 50 – Катарина Маура

– Даже не верится, что мы снова здесь втроем, вместе. Когда мы с Амарой были здесь в последний раз? Кажется, года три назад.

Он посмеивается и смотрит на Амару.

– Да… Я отчетливо помню, когда мы были здесь в последний раз, – добавляет он, на что-то намекая.

Глаза Амары расширяются, и мое сердце болезненно сжимается. Возможно, я завожу ее прямо сейчас, но он прекрасно знает ее тело, а я – нет. Он имел ее так, как мненикогда не светит.

– Ух. Даже не напоминай. Явно я застала вас врасплох, ребята, – говорит Ким, покачивая головой. Она оборачивается и смотрит на меня. – Эти двое… они просто как кролики, скажу я тебе. Если они сегодня потеряются, не вздумай их искать. Ты никогда не сможешь разглядеть увиденное.

Я заставляю себя улыбнуться, подавляя боль и ревность. Амара… она не моя. Она никогда не будет моей. А эти чувства, они просто бесполезны.

– Может, стоит повторить, дорогая? Позадираем Ким еще немного, – смеется Грегори, в то время как Амара, стиснув зубы, пытается удержаться от ответа, покрывшись ярко-красным румянцем.

Какого черта я с ней делаю? Чем я вообще занимаюсь? Она моя пациентка и внучка Гарольда Астора.

Такой мужчина, как Грегори… вот с кем она в итоге будет. Нефтяной магнат. Очень богатый, знающий ее мир. Кто-то, кто сможет обеспечить для нее привычный образ жизни. До сегодняшнего дня я ни разу не был на винограднике. Ничего подобного в моей жизни не было и, наверное, никогда не будет. Возможно, сейчас ей интересно со мной, но со временем чувство новизны исчезнет, и она будет жить дальше. Со мной она лишится всего, а у меня останутся лишь сожаления и воспоминания.

– Извините, мне нужно отойти на минуту, – говорю я Ким, поднимаясь со стула. Я пытаюсь не выдать своих чувств, но у меня ничего не получается. По дороге в уборную, мимо которой мы проходили ранее, в моей голове крутятся мысли. Какого черта я здесь делаю?

– Ноа.

Я останавливаюсь, услышав ее голос, и поворачиваюсь к ней. Амара стоит у дерева, и я подхожу к ней, по моим венам струится гнев. Она делает шаг назад, вплотную прижавшись к дереву позади себя.

– Кролики, значит? – говорю я, стиснув зубы, и, обхватывая ее за шею, скольжу большим пальцем по ее коже.

– Он не должен был этого говорить. Он специально ведет себя как придурок, – говорит она мне с умоляющим взглядом.

– Он познал твое тело, как мне никогда и не светит. Твоя киска намокает при одной только мысли обо мне, но я не знаю, каково это, когда она сжимается вокруг моего члена. Скажи, ты стонала его имя? Ты кончала с ним так же, как и со мной?

Она качает головой. В ее глазах читаются отчаяние и искренность.

– Никогда, Ноа. Ни разу. Клянусь. Я ни разу не кончала с ним так, как с тобой. Поэтому я и создаю игрушки. Ни один мужчина ни разу не доводил…

Я пристально смотрю на нее и медленно провожу рукой вверх, прикладывая большой палец к ее губам. Ее милый ротик приоткрывается, и она облизывает языком губы.

– Ты когда-нибудь брала у него в рот?

Она качает головой, ее глаза расширяются.

– Эта мысль никогда не привлекала меня. Не с ним.

Я тяну ее за дерево, чтобы нас обоих не было видно.

– Встань на колени, – говорю я ей, прислоняясь спиной к дереву.

Щеки Амары становятся пунцовыми. Она делает то, что я ей говорю: она задирает платье и садится на колени передо мной. Ее взгляд падает на мои брюки, и я еле сдерживаю стон, когда она расстегивает мой ремень. Я чертовски сильно ее хочу.