Книга Доктор Грант, страница 99 – Катарина Маура

Гарольд улыбается, хотя его глаза полны скорби.

– Больше, чем ты можешь себе представить. Больше, чем она может себе представить. Я люблю свою внучку, Ноа. Если ты тоже любишь ее, то уходи сейчас и позволь ей обрести счастье, которое она рано или поздно обретет без тебя.

– Счастье в вашем понимании? И что же это, Гарольд? Выйти замуж за человека, которого она не любит, отказаться от своего бизнеса и предать свои мечты? Нет. Амара больше не одна, Гарольд. Если вы посмеете украстьулыбку с ее лица, то вам придется иметь дело со мной.

Он качает головой, вздыхая.

– Иметь дело с тобой? Ноа, это из-за тебя она лишится улыбки. Из-за тебя я потеряю свою внучку. Из-за тебя она отдалится от семьи, потому что ты отказываешься оставить ее в покое, и в итоге именно ты погубишь ее. Ты думаешь, что любишь ее, но ваша любовь не выдержит испытания временем. Ты пошатнешься и сильно навредишь ей.

Подняв руки, он смотрит мне в глаза. Его взгляд напряжен, непоколебим.

– Я встану на колени и буду умолять тебя, если нужно, Ноа. Оставь ее.

Я качаю головой.

– Нет. Амара – лучшее, что когда-либо со мной случалось. Я знаю, что она тоже счастлива со мной. Вы уже лишили меня работы, мне больше нечего терять, Гарольд. Я не оставлю ее.

Он кивает.

– Тогда ты не оставляешь мне другого выбора. В любом случае ты рано или поздно бросишь ее. Ты больше не сможешь найти работу. Ты никогда больше не будешь работать врачом, Ноа. Ты будешь не в состоянии содержать Амару. Вскоре вам даже не на что будет жить. Посмотрим, как долго ты продержишься. Мы еще поговорим. Скоро.

Я улыбаюсь ему.

– Нет, нам не о чем больше говорить.

Гарольд окидывает взглядом мой кабинет, качая головой.

– Ты даже не представляешь, что теряешь. Ты даже не понимаешь, на что идешь, бросив мне вызов, но ты поймешь. Рано или поздно до тебя дойдет, и тогда ты оставишь ее. Я уже считаю дни.

Развернувшись, он покидает мой кабинет. Я опускаюсь в кресло, когда дверь за ним захлопывается. Я закрываю глаза, пытаясь не поддаваться отчаянию. Он прав. Он – Гарольд Астор, а я – никто и ничто. Есть все основания полагать, что я не смогу обеспечить Амару, что нам не на что будет жить, и когда это случится… я потеряю ее.

АМАРА

– Это правда? – спрашивает меня мама. Я поднимаю глаза. Мама стоит в дверях, в ее глазах сверкает гнев.

Я замираю, не понимая, чем я разозлила ее в этот раз. Всегда что-то не так. Я постоянно разочаровываю ее.

– Что конкретно, мама?

Скрестив руки на груди, она гневно смотрит на меня, но в ее взгляде проскальзывает печаль.

Мой первый порыв – все отрицать, скрыть от нее все то, что мне дорого. Но я не могу. Не в этот раз. Я не могу соврать ей о нас с Ноа.

– Да, это правда, – говорю я ей тихо. – Мы встречаемся.

– Встречаетесь? – вторит она мне. – В этой самой комнате ты пообещала мне, что никогда не свяжешься с ним, что ваша дружба не перерастет в нечто большее.

Я встаю, ощущая напряжение во всем теле.

– Мама, он делает меня счастливой. Когда я с ним, я счастлива, давно я такого не испытывала. С ним я чувствую себя собой, мама. Почему ты не хочешь, чтобы я была счастлива?

Она тяжело сглатывает, демонстративно смахивая слезы с глаз. Я замираю.

– Ты хоть понимаешь, что ты натворила? – спрашивает она. – Дедушка уволил его. Ноа мог бы многого достичь, Амара. Ведь тебя просили держаться от него подальше, но ты не подумала о последствиях и разрушила его будущее. Ты возжелала то, что предназначено не для тебя, и ты добивалась этого, чихая на то, чем Ноа придется поплатиться за эту связь, чем придется поплатиться тебе. В этой истории нет хеппи-энда, Амара. Неважно, как сильно, по-твоему, ты его любишь, нет такого сценария, где вы будете жить долго и счастливо.