Книга Нежеланный брак, страница 169 – Катарина Маура

Его кошмары никуда не делись. И хотя теперь он улыбается, когда слышит, как я играю, я все равно замечала моменты, когда его взгляд стекленел, а болезненные воспоминания утаскивали его в прошлое. Смогу ли я сделать так, чтобы все это стоило того? Смогу ли я исцелить его так, как он исцелил меня, если у меня будет достаточно времени? Заслуживаю ли я быть той женщиной, что стоит рядом с ним?

Стольконедель в поисках себя, столько размышлений о том, кем я хочу быть, только чтобы наконец осознать — я просто хочу быть его.

Из задумчивости меня вырывают аплодисменты. Я моргаю, словно просыпаясь, и вижу, что вокруг собралась толпа. Встаю с места, бросаю им робкую улыбку и, не оглядываясь, убегаю прочь, ощущая внутри только пустоту.

Весь мой брак, в самой глубине души, маленькая часть меня спрашивала себя: а что, если бы я не вышла за него? Я понимала, что прошлое не исправить, но мне хотелось знать, каково это — контролировать свою собственную судьбу.

Оказалось, все эти открытия, все эти моменты… ничто без человека, с которым можно ими поделиться.

Дион

Я смотрю на свою жену, пока она садится на очередной гребаный рейс дешевой авиакомпании. Она в джинсах и футболке, длинные бордовые волосы каскадом спадают по спине, а на лице играет румянец. Она выглядит чертовски сияющей, свободной, счастливой. Это убивает меня, но в то же время дает каплю облегчения.

Если бы она не купила этот домик, понял бы я когда-нибудь, что хотя бы частью себя она чувствовала себя запертой в нашем браке? Осознал бы я, что она меня боялась, что не доверяла мне так, как хотела, чтобы я думал?

— Слушай, — говорит Лекс. — Я тебя люблю, правда. Но хватит уже. На прошлой неделе ты заставил Зейна тащить какую-то обоссанную рухлядь, называемую пианино, через заброшенную берлинскую станцию, а теперь вынуждаешь меня пилотировать этот сраный самолет?

Я злобно сверлю его взглядом, заходя в кабину.

— Зейну все равно нужен был повод отвлечься. Да и я не уверен, что эти самолеты вообще способны держаться в воздухе. Мне не будет спокойно, если за штурвалом будешь не ты. К тому же это гребаный трансатлантический перелет. Я не доверяю этому корыту. Не понимаю, почему она просто не выбрала нормальную авиакомпанию с новыми самолетами.

Его выражение лица смягчается, и он кивает, садясь рядом со вторым пилотом. Попросить Лекса о помощи означало признаться в своей боязни летать, но, к счастью, он пока не сделал из этого шоу. Пока, во всяком случае. Лекс позволяет мне трижды проверить все настройки перед взлетом, не говоря ни слова.

— Готов? — наконец спрашивает он.

Я качаю головой.

— Нет. Но давай уже покончим с этим дерьмом. По крайней мере, она наконец-то возвращается в Штаты. Мне не помешает несколько ночей в собственной постели.

Он резко кивает, и я готовлюсь к этому грядущему кошмару. Как же мне хотелось, чтобы она согласилась взять частный самолет Виндзоров — я знаю, ей его предлагали не раз. Я никогда не пойму ее тяги к этим ужасным, дешевым «приключениям», но, черт возьми, если это делает ее счастливой, я сделаю все, чтобы она получила, что хочет.

— Как долго ты собираешься это продолжать? — спрашивает Лекс, когда мы поднимаемся на высоту сорок тысяч футов.

Я качаю головой, глядя в окно.

— Пока не буду готов ее отпустить.