Книга Секретная невеста, страница 157 – Катарина Маура

— Твои глаза по-прежнему завораживают меня больше всего на свете, и я все еще нахожусь под твоим чарами.

Он помнит.

Лекс протягивает мне руку, и я вопросительно поднимаю бровь, прежде чем взять ее.

— Райя, если бы я предложил тебе станцевать со мной, ты бы согласилась?

Я киваю, не в силах отказать ему, когда он смотрит на меня так, словно отказ разбил бы его.

Звуки скрипки заставляют меня оглянуться. Я замираю, увидев струнный квартет, расположившийся в углу крыши. Они играют для нас.

Я прикусываю губу, сердце колотится. Я не могу поверить, что он сделал все это для меня. Гирлянды, сотни цветов повсюду, закатное солнце… Это безумно романтично, и я не могу понять, в чем его цель. Он по-прежнему кажется таким же взволнованным, как и раньше.

Лекс притягивает меня к себе, и мы плавно движемся в танце, исполняя ту же упрощенную версию фокстрота, что и в ту ночь. Ту, которую я уже считаю «нашей».

— Я дал тебе вызов, так что теперь дам и правду, — говорит он, его голос мягко огибает мое сознание, пока мы кружимся по крыше. — Я всегда любил смотреть на город в этом золотом свете… — Его пальцы нежно проводят по моей спине. — Но ничто не сравнится с тем, как заходящее солнце ласкает твое лицо, делает твои волосы чуть светлее, подчеркивает цвет твоих глаз, превращая их в расплавленное золото.

Я внимательно вглядываюсь в его лицо, пытаясь разгадать его мысли, но не могу.

— Так не играют, — поддразниваю я.

Лекс закручивает меня в обороте, и мое желтое платье развевается вокруг.

— Нет? — его глаза сверкают, когда он снова ловит меня. — Тогда спроси меня, Райя.

— Правда или вызов?

— Вызов.

Мое сердце замирает, когда я обвиваю руками его шею.

— Подними меня так, как я люблю, — шепчу я, позволив взгляду пробежать по его рукам.

Я лукаво приподнимаю бровь и улыбаюсь:

— Выглядишь так, будто действительно справишься.

Лекс тихо смеется и кладет ладони на мою талию, его глаза искрятся, когда он с легкостью поднимает меня над головой. Он медленно кружится со мной, на его лице сияет самая счастливая улыбка, но затем выражение меняется,становится… благоговейным. Он медленно опускает меня, прижимая к себе, его руки крепко держат меня за бедра. Лекс смотрит на меня снизу вверх, его взгляд полон внутренней борьбы.

— Зачем ты привел меня сюда? — спрашиваю я, сжимая его плечи.

Он осторожно ставит меня на землю, но мы не разжимаем рук.

— Чтобы ответить на один твой вопрос.

Я удивленно поднимаю брови, а он делает глубокий дрожащий вдох.

— Помнишь, когда мы летали на планере, я сказал, что хочу разделить с тобой то, что люблю? Тогда ты спросила, что я люблю больше всего, а я не нашел в себе смелости сказать правду.

Мое сердце начинает неистово колотиться. Лекс обхватывает мое лицо ладонями, и наши взгляды встречаются.

— Я люблю тебя, Райя. Больше всего на свете — больше, чем полеты, больше, чем сам воздух. Я люблю тебя каждой клеточкой своего существа, всей своей душой, всем, чем я был, что я есть и чем когда-либо стану.

Мои глаза расширяются, а он усмехается с горечью:

— Прости, что мне потребовалось так много времени, чтобы признаться, чтобы дать тебе то, в чем ты нуждалась. Я знаю, что этого недостаточно, что этого слишком мало, слишком поздно…

Я поднимаюсь на цыпочки и прерываю его, прижимаясь губами к его губам.