Книга Коварный супруг, страница 27 – Катарина Маура

Сиерра кивает и аккуратно ставит свой бокал на мой кофейный столик, а затем садится рядом с Грэмом. Ее бедро касается его бедра, и плечи Грэма расслабляются. Что, черт возьми, здесь происходит? Мой диван достаточно большой, чтобы разместить пять человек, так какого хрена она решила сесть прямо рядом с ним?

Я сажусь в кресло напротив них с ноутбуком и заставляю себя просмотреть все документы, которые я собрал для этого проекта. Я не торопясь рассказываю им, какие аспекты наиболее важны для меня и с какими моя фирма лучше всего справится с точки зрения сильных сторон, но почти невозможно сосредоточиться, когда Грэм обхватывает рукой спинку моего дивана, а его большойпалец касается плеча Сиерры.

Какого черта он продолжает это делать? Это неуместно, и я не понимаю, почему она ему это позволяет. Я видел, как она ставила на место бесчисленное количество мужчин, которые вели себя с ней подобным образом, так почему же она не против, чтобы он это делал? Он поворачивает к ней свой ноутбук, чтобы показать ей что-то, когда наступит их очередь определять приоритеты, и она кивает, ее голова слишком близко к его голове.

— Как насчет этого? — спрашивает он, и она наклоняется, чтобы поближе рассмотреть его экран.

— Я не уверена, — говорит она, протягивая руку, чтобы нажать на что-то, а затем кладет руку ему на бедро. Она оставляет ее там, когда начинает читать то, что написано на его экране, и мое сердце болезненно сжимается. Одно дело, когда он прикасается к ней по мелочам, но совсем другое — когда она отвечает ему взаимностью.

Я поднимаюсь на ноги и подхожу к шкафу с напитками, чтобы налить себе стакан виски, хотя бы для того, чтобы было чем занять руки. Я проверил биографию Грэма после того, как увидел их вместе за ужином, и она оказалась безупречно чистой. Хуже того, она выявила глубокие связи между их семьями и их многолетнюю дружбу. Ждала ли она его возвращения домой? Поддерживали ли они связь, пока он жил за границей?

— О, это должно быть дальше по коридору, справа, — слышу я слова Сиерры, и Грэм на мгновение напрягается, прежде чем подняться со своего места и направиться к моей гостевой ванной.

Я опрокидываю свой стакан с виски, когда Сиерра тоже поднимается на ноги, ее глубокие изумрудные глаза полны любопытства, когда она подходит ко мне. — Обычно ты не пьешь, — замечает она, устремив взгляд на мой стакан с виски. — Даже на мероприятиях я очень редко вижу, чтобы ты пил.

Я улыбаюсь про себя, думая о ежемесячных вечерах покера, которые я посещаю с ее братьями и о которых она даже не подозревает. Одной ночи выпивки с братьями Виндзор хватит на целый месяц. — Ты знаешь меня не так хорошо, как тебе кажется, Сиерра.

Она поднимает бровь и ставит свой бокал на стойку в моем шкафчике для спиртного. Я знаю, что не должна задавать вопросы, на которые не хочу получать ответы, но ничего не могу с собой поделать: я делаю шаг вперед и обхватываю ее рукой за талию, притягивая к себе.

— Скажи мне, Котенок... почему, черт возьми, ты позволяешьему прикасаться к себе?

Она прижимает ладонь к моей груди, ее глаза смотрят на меня. На мгновение я уверен, что она оттолкнет меня, но она просто смотрит на меня, выражение ее лица противоречиво.

— Почему бы и нет? — спрашивает она. — Он милый, и он один из немногих, кто действительно знает меня и любит такой, какая я есть. Думаю, между ними что-то может быть, если я позволю.