Книга Когда-то много лет назад…, страница 19 – Елена Теплая

Весь день Валерия возилась с глиняной посудой. Оказалось, это непросто. Пальцы и кисти болели с непривычки, но она была довольна собой. Омрачало настроение только то, что никто вместе с ней не радовался этой маленькой победе.

Теперь нужно посуду просушить, а потом придумать, как ее обжигать в костре, ведь печи не было. Валерия аккуратно расставила миски подсыхать по камням, подальше от костра, чтобы их не задели и не разбили. Кувшин, с которым она больше всего провозилась, уже за полдня просох, и она решила его забрать с собой.

Дождалась Угу, который помогал собирать яйца: в последнее время мужчины уходили все дальше, но не всегда находили. Зерно по-прежнему не запасали,только женщины его собирали иногда и делали по рецепту Валерии лепешки из муки, которую перетирали на мельничке, сделанной Бером по рисунку Валерии.

С каждым днем становилось теплее, и даже по вечерам воздух уже не казался холодным. Они пришли с Угой к себе, разожгли костер, нагрели воды и поужинали похлебкой, которую Валерия сварила утром. Так приятно было сидеть вместе и делиться своими делами. Уга рассказывал, как они далеко зашли, Бер набрал яиц на дереве и вместе с ними свалился вниз, все кинулись ловить летящие яйца и чуть не затоптали Бера.

Валерия смеялась, представляя себе эту картину, а Уга смотрел на нее с удивлением и не понимал, что смешного в том, что они чуть не лишились этих яиц. Она казалась ему странной, они с таким трудом добывали еду, а она легким движением находила еду то там, то тут. Нюхала и пробовала травки, рассматривала деревья. Дала ему попробовать какие-то очень кислые листики, которые выросли на земле. Он потом полдня тер себе язык, а она опять смеялась над ним. Колючую траву, которую они обходили и не трогали, потому что кожа покрывалась пузырями и чесалась, она спокойно рвала, завернув руки в шкуру, и добавляла в «суп» – так она называла жидкость с мясом и крупой, или скармливала козе. Зачем-то держала эту дикую козу в загоне и не давала ее зарезать, хотя уже все привыкли к ее присутствию и Арул сказал:

– Пусть живет с нами это дикое животное! Когда начнутся долгие дни воды с неба, и мы не сможем охотиться, съедим ее! – все согласились с ним, а Валерия сказала, что ее нельзя резать, потому что она может им давать не только мясо, а так же молоко и шерсть.

Все эти странности были интересны Уге, и он прислушивался и присматривался к ней. Она что-то делала, чему-то учила, но он не понимал, откуда она это знает и кто научил ее. Маха говорила, что отец Валерии нашел ее мать где-то в лесу раненой, она была не такая, как они все: другая кожа, другие волосы и умела больше всех, но ее за это никто не любил. После рождения дочери она умерла, а отец сошелся с другой женщиной, которая не любила девочку и постоянно обижала. Валерия была пугливая и пряталась. Несколько лет назад клан нарвался на саблезубых тигров и многие тогда погибли, в том числе родители Валерии. После этого Уга пожалел ее и стал жить с ней, но за то, что она былаизгоем из-за цвета кожи, все считали ее чужой, и им пришлось сделать отдельный костер. Вот так они и жили с тех пор.

Они улеглись спать, завернувшись в шкуру на матрасе, который сделала Валерия. Почти проваливаясь в сон, Уга услышал, как сработала его «охранная сигнализация», как сказала девушка, и, подскочив, увидел в их пещере именно саблезубого тигра, которого вспоминал накануне. Они смотрели друг на друга, и в свете костра тигр казался еще мрачнее и страшнее. Он рычал и медленно, крадучись, обходил Угу подальше от костра. Валерия проснулась и со страхом отползла за спину Уги.