Книга Будьте моим эльфом, страница 26 – Екатерина Бакулина

Не могу. Зря я приехала вообще.

Эльф поднялся на ноги, подошел. Потом присел рядом со мной на корточки. Передомной. Заглядывая мне в лицо.

— Хочешь, уедем? — сказал он. — Я могу взять все на себя, сказать, что мне здесь не нравится, и я не хочу оставаться. И тебя увезти. Так, что тебя не обвинят. Мне все равно, что они обо мне подумают. А тебе… Зачем это тебе? Постоянно слышать, как тебе не рады, что все не так. Давай я… — тут он сглотнул, явно делая усилие над собой. — Я верну тебе половину денег, я ведь не отработаю до конца. И ты поедешь домой.

— Половину денег? — признаться, я просто не ожидала.

— Да, — сказал эльф. — Ну, что-то же я успел сделать. Отчасти. Не до конца. Я приехал с тобой. Думаю, половину — будет честно.

Я, на его месте, вообще бы не подумала что-то возвращать. Это же не его вина.

— И половину лошади? — спросила я, чисто чтоб проверить.

Эльф поджал губы, чуть выпрямился. Лошадь он отдавать точно готов не был, ему она самому очень нужна.

Но молча кивнул.

Не знаю, как можно отдать половину лошади, но выглядел эльф решительно.

А я вдруг поняла, что слезы наворачиваются, и подступают к горлу. Как вышло, что только этому эльфу не все равно?

— Нет, — поспешно сказала я. — Не надо отдавать ничего. Я не уеду. Всего два дня, я как-нибудь переживу это. Ничего. И потом буду точно знать, что не испугалась и не сбежала. Совесть моя будет чиста. И ссориться так явно я не хочу. Два дня потерплю, но потом больше ни за что домой не поеду.

Эльф кивнул, кажется, с облегчением.

И деньги ему нужны тоже.

— На счет подарка, — сказал он. — Знаешь, что можно сделать? Немного эльфийской магии. Взять какой-нибудь плющ или, еще лучше, нарезать стебли кустовых роз, сплести венки, развесить их в храме. А как только твоя сестра с мужем произнесут свои клятвы, я сделаю так, что эти стебли пустят бутоны и распустятся. Будет очень эффектно и почти бесплатно. Как символ любви.

И осторожно улыбнулся.

Да какая уж там любовь?

Но красиво точно будет.

Да как же это выходит у него…

Глаза защипало окончательно. Я попыталась сдержать их, но так и не смогла. Хотела отвернуться… Но эльф ждал моего ответа.

— Спасибо, — тихо сказала я, голос дрогнул. — Это замечательно.

— Ну, что ты? — он взял меня за руку.

Потом поднялся на ноги, меня за собой потянул. И как-то послушно встала, уткнулась ему в плечо. Громко всхлипнула снова.

А эльфменя обнял, осторожно так, словно ребенка, погладил по волосам.

— Все будет хорошо, — сказал он, и от его рук по всему телу разлилось успокаивающее тепло. — Не волнуйся, все хорошо будет. Ты справишься.

— Прости меня, — всхлипнула я, подняла глаза, ему в глаза глянула.

Так близко. Брови у эльфа совсем светлые, а ресницы черные, длинные. И щеки гладкие, без щетины, борода у эльфов не растет.

— За что? — спросил он.

— За все. За грубость, за… ну, не знаю… — мне как-то так обидно стало. Обидно, что все так. И чуть стыдно за себя. — Прости.

Эльф усмехнулся, погладил меня снова.

— Все хорошо, — уверенно сказал он.

И волна тепла разлилась снова. Это магия. Да, я знаю, это просто магия, он делится со мной, чтобы успокоить. Но все равно хорошо.

Уткнулась ему в плечо.

* * *

Вечером на семейном ужине только и разговоров, что о эльфе. Розмари права, все внимание переключилось на него. Его посадили между мной и мамой, и мама непрерывно спрашивала у него всякую чушь. Да и не только мама, всем были интересны подробности эльфийской жизни.