Книга Леди любят артефакты 3, страница 112 – Яра Горина, Алёна Соловьёва

От волнения руки сделались непослушными, а спина взмокла. Сердце билось в груди неровными толчками, и казалось, что его громкий стук, словно тревожный набат, разносится по всей лаборатории.

Золотой стилус лег в ладонь неподъемной тяжестью, и я, придвинув серебряный поддон, принялась чертить рунический контур, вкладывая в рисунок всю свою бессильную злость и тревогу.

Литеры ноттовея сплетались в опасный узор, выдавая себя угрожающе длинными хвостиками, перекрестьями линий и связующими символами. Теми самыми, которыми я бы никогда не стала пользоваться в здравом уме. Но соседство со спятившим хаоситом может толкать и не на такие поступки.

К счастью, Джефри не разбирался в рунах. По крайней мере, не настолько хорошо, чтобы, наблюдая за моей работой с другой стороны стола, почувствовать опасность.

Будь у меня магия, ему точно не поздоровилось бы, а так придется действовать, используя природные катализаторы.

Закончив рисунок, я высыпала на него щедрую порцию гремучей соли и установила над горелкой. А укладывая камень, постаралась сдвинуть ее поближе к Джефри. У меня будет не так много времени, чтобы отскочить, когда порошок окончательно разогреется. И потребуется искорка магии, чтобы все получилось.

Я зажгла еле заметный огонек и с усилием, от которого потемнело в глазах, потянула из своего опустевшего источника энергию, чтобы активировать руну.

Для того, чтобы обмануть Джефри, достаточно всего одной.

Всего одной маленькой качественной иллюзии.

Попытка чаровать жалящей болью отозвалась в груди. Возможно, она и вовсе станет для меня последней, прежде чем искра окончательно выгорит.

Не сдержав болезненного вздоха, я с отчаянной надеждой глядела на то, как нужный знак несмело замерцал, а в следующую секунду развернулся и оплел светящимися узорами камень.

— Неужели получилось? — Джефри наклонился ближе, пытаясь рассмотреть символы, которых не существовало. — Хоть какая-то польза от тебя…

Сейчас или никогда! Нужно было действовать. Ведь на то, чтобы создать для него эту картинку, ушли мои последние силы.

Пока Инграм вовсю разглядывал знаки, я поддала жару в горелку и сделала несколько шагов от стола, взмолившись, чтобы соль достаточно разогрелась.

В следующую секунду яркая вспышка ослепила меня. Перед глазами замелькали цветные пятна. Комнату наполнило шипение, а затем раздался хлопок. Он был такой громкий, что, казалось, еще немного, и у меня кровь польется из ушей.

Рев Джефри я услышала будто сквозь толщу воды и, ориентируясь на этот звук, вслепую швырнула туда оставшуюся в банке гремучую соль.

Отбегая в сторону, новой вспышки я уже не увидела. В нос ударил запах гари и паленой шерсти. Воздух стал похож на вязкий кисель, сквозь который я на ощупь принялась пробираться к двери.

Волосы на затылке встали дыбом. Кожей я чувствовала опаляющий жар пламени и сумасшедшую ярость чудовища, пытающегося сражаться с огнем.

Человек в таком точно не выживет, но Джефри давно уже не был человеком. Он монстр. Хаосит, в жилах которого течет кровь практически неуязвимых существ. Чтобы убить такого, мало «фокуса» с гремучей солью.

Не знаю, каким чудом, но мне все же удалось отыскать и открыть дверь в лабораторию. Выбравшись, я провернула ключ в замке на несколько оборотов, затрудняя Джефри путь наружу.