Книга Леди любят артефакты, страница 61 – Яра Горина, Алёна Соловьёва

Или это все очередные выходки нечисти! Сначала тянет из меня силы, не давая заснуть, а потом… потом истощенное сознание посылает кошмары. Коловертыш, наверняка, неплохо попировал сегодня.

Нужно срочно с этимчто-то делать: и с коловертышем, и с эмоциями. А начать можно с успокоительного отвара на ночь.

Мысленно похвалив себя за отличную идею, я, перекинув волосы через плечо, еще больше высунулась из окна, поудобнее сложив локти на подоконник. Прохладный ветерок надул штору и скользнул по шее. Я зажмурилась, наслаждаясь утренним спокойствием, а когда открыла глаза, вдруг заметила длинную зазубрину, вспоровшую краску у основания оконной рамы и тянущуюся прямо по наличнику вниз. Может, повредили, когда проветривали? Но это с какой же силой нужно было створки ломать?! Подтянувшись, я уселась на подоконник. Сбоку от окна тоже были выщербленные полосы, похожие на следы когтей какого-то большого зверя. Мантикоры или горгульи? Или, быть может, где-то неподалеку водятся лесные коты? В голодные времена они вполне способны приближаться к человеческому жилью и не гнушаются возможностью карабкаться по стенам. Я встала на подоконник и, держась за откос, поглядела вверх. Там оказалось еще больше отметин, будто штукатурку старательно скребли. Вся стена вокруг была просто исполосована. Может, неудачный ремонт? Или ветер в эту сторону как-то особенно задувает? Я коснулась отметины, указательным пальцем отмеряя ширину полосы, и попробовала поскоблить ногтем…

— Доброе утро, — раздалось откуда-то снизу бодрое приветствие.

Я вздрогнула от неожиданности и чуть не упала, в последнюю секунду ухватившись за карниз. И, выдохнув, вдруг поняла, что жмурюсь от страха. Пришлось открыть глаза. Внизу стоял и ухмылялся сэр Блэквуд.

— Не знаю, чем обидел вас, но обещаю исправиться, — продолжил он серьезно. — Прошу, мисс Лавлейс, дайте еще один шанс черствому солдафону.

— О чем речь? — растерянно поинтересовалась я, пытаясь вернуть самообладание.

— Разве вы не собираетесь сигануть вниз, чтобы свести счеты с жизнью? — любезно осведомился Блэквуд. — Не советую, кстати. Здесь не так высоко, как кажется.

— Что?! Нет! — воскликнула я и, отцепив напряженные пальцы от карниза, спрыгнула в обратно в комнату. Вышло не очень вежливо, а потому пришлось снова выглянуть в окно.

Сэр Блэквуд не торопился с новой порцией острот. Вместо этого он внимательно рассматривал меня, видимо, дожидаясь разумного объяснения.

— Я просто… решила подышать воздухом!

Он кивнули, хлопнув себя по карману, вытащил портсигар.

При взгляде сверху лорд Блэквуд все равно казался очень статным, а удлиненный черный камзол с серебряной вышивкой на рукавах, делали его фигуру еще более широкоплечей. С непокрытой головой и перевязью для огненного жезла за спиной, он сильно напоминал этакого щеголеватого разбойника. Лорд Блэквуд на этот раз не стал надкусывать сигару, а методично срезал кончик перочинным ножом. Я продолжала стоять в окне, испытывая легкое оцепенения, и раздумывала, спросить ли его о лесных котах или нет.

Подкурив сигару, он поглядел вверх, заставив меня тотчас раздумать задавать вопросы. В его глазах было нечто такое, отчего я вдруг почувствовала себя глупой и смешной.

Терпеть не могу, когда застают врасплох. Только вот я лучше съем на завтрак подшивку «Артефакторики» за год, чем позволю лорду Блэквуду опять меня высмеять или смутить. Нужно держать лицо. Я же чародейка и, к тому же, учитель. Невозмутимость — мое жизненное кредо!