Книга Итак, я стала ведьмой, страница 64 – Алёна Соловьёва

— Comment vous sentez-vous? – тихим голосом поинтересовался он.

— Très bien, merci beaucoup, – выдала я в ответ заученную в пятом классе фразу, которой следовало отвечать на вопрос о самочувствии.

Лицо Фокста прояснилось, а инквизитор поднялся с колен. Кто-то из «бордовых мантий» окликнул моего врача.

— Bon! – бросил он мне, направляясь к своим коллегам, кучкующимся неподалеку от разбитой машины.

— Я сейчас, подожди минутку, — извиняющим тоном произнес Фокст и отправился вслед за ним.

Проводив взглядом опекуна, приблизившегося к груде покореженных обломков авто, я вдруг увидела то, отчего кровь застыла в жилах. Ко мне тянул руки Убийца. Его пальцы через мгновение сомкнутся на моей шее. И никто не успеет помочь.

— Спасите! – что есть силы закричала я, инстинктивно защищая горло. Но голос вышел тихий, словно мышиный писк.

Я вся сжалась в ожидании боли, и ничего не почувствовала. Я видела, как Убийца в недоумении взирает на свои руки, а потом заносит ногу, для удара… Невероятно, но она прошла сквозь меня.

— Да ты призрак! – догадалась я.

— Это ты убила меня, маленькая дрянь! – взревел мужчина и снова попытался сомкнуть пальцы на моей шее.

— Ты сам себя убил, придурок! – ответила я, поднимаясь на ноги.

— Судя по всему, Смерть считает иначе, — злорадно произнес Убийца, — Потому что глаза у тебя сейчас в точности как у твоей подружки Ариман. И ты будешь гореть в Аду вместе с ней.

Но прежде чем я нашла ответ на столь странное предположение, призрак Убийцы начал таять, рассеиваясь темным клубящимся дымом. И оглянувшись, я увидела, как инквизиторы пытаются перенести его тело.

— Нет! – закричала я, но никто не услышал, а потом обернулся ко мне и злорадно произнес: — Хозяин сделал так, чтобы никто не смог допросить мой труп. До скорой встречи, ведьма!

***

— Еслипоявление призрака – не плод твоего больного воображения, это значит, что круг подозреваемых в убийстве Елизаветы значительно сужается, – рассуждал Фокст, пристроившись по трассе за черным «Крайслером». — Ну, да ладно, пусть с этим разбирается Ковен. Меня больше беспокоит, что ты потеряла браслет.

— Как будто я в этом виновата. Это же вы отправили меня в тот дом.

Опекун не отреагировал на мое замечание и продолжал гнуть свою линию:

— Никогда не подумал бы, что присмотр за малолетней девчонкой станет таким хлопотным делом. Хорошо, что Наблюдатели согласились предоставить тебе временный браслет!

— Те, которые инквизиторы? Они меня точно после случившегося в кандалы не закуют? – на всякий случай уточнила я.

Фокст тихо засмеялся:

— Нравятся мне твои ассоциации. В чем-то они попадают в самую точку – устами младенца, как говорится. Никаких кандалов не будет. Только браслет. Пропуск в Вурдалаки тебе поставят на нашей стороне Излома.

— А зачем они вообще здесь появились? – с раздражением спросила я, вспоминая, как по указу Фокста пыталась пробраться незамеченной в свою «собственность».

— Все просто, моя маленькая чародейка. Миром правят деньги, а именно: мадиусы. Французам так не хотелось отдавать собственность чужестранке, что они решили передать ее в Фонд охраняемых историко-культурных объектов магического сообщества. Если бы мы не прибыли вовремя, то Наблюдатели поставили бы над домом метку. И все! Таким объектом уже никто не может владеть единолично.