Книга Леди из охотничьего домика, или Отвергнутая жена, страница 212 – Екатерина Стрелецкая

– Кто ещё требует оглашения королевской воли? – проскрипел король, испепеляя взглядом Ойгена.

Один за другим начали подниматься представители. Судя по одежде и некоторым деталям, кто-то прислал своих поверенных, но были и те, что приехал сам. Двадцать один из двадцати четырёх. Трое воздержались, включая Ойгена, до которого стало доходить, что натворил.

– Но она сама! Сама легла под этого Вангера, когда брак уже был восстановлен! – сделал попытку обелить себя мой бывший муж. – Разве можно верить словам этой распутной женщины?!

– Незадолго до аннулирования развода между бароном Майером и баронессой Вербер-Майер, будучи с юридической точки зрения абсолютно свободными людьми, мы заключили помолвку. И в отличие от вас мы соблюдали все правила приличия, сохраняя репутацию до проведения брачной церемонии, – спокойно парировал Вильгельм. – За оскорбление моей невесты я требую ответа и компенсации у вас, господин барон.

Однако король ухватился за эту ниточку, чтобы хоть как-то выкрутиться из ситуации: – Было ли объявлено о помолвке? Чем можете подтвердить свои слова? *** Возникли проблемы технического характера,из-за которых на несколько дней выплала из работы. Сейчас всё исправлено и по линии связи и решены вопросы с переходниками и носителями.

Во мне только затеплилась надежда, что получится всё-таки избавиться от ненавистного брака, как тут же испарилась без следа. Мы ведь с Вильгельмом не объявляли о помолвке в отличие от того же Ойгена и Линды, разославших уведомления куда только можно. Оказалось, что не всегда «счастье любит тишину», порой необходимо было о нём прокричать во всеуслышание. Откуда он вообще взял помолвочное соглашение?

Вильгельм даже бровью не повёл, словно давным-давно просчитал и отработал все ходы, а теперь просто использует наиболее выигрышную комбинацию. – Делать официальные заявления мы не стали. Ведь какой смысл, если более ранняя договорённость, достигнутая ещё нашими старшими родственниками, осталась в силе? Близкое окружение, естественно, в курсе, но кто-то из присутствующих здесь может усомниться в данном факте, заподозрить подкуп. Однако у меня есть серьёзное доказательство, что помолвка состоялась и до сих пор не была расторгнута в одностороннем порядке. Баронесса Вербер-Майер, продемонстрируйте, пожалуйста, суду своё кольцо.

Не понимая, каким образом оно может помочь делу, ведь при желании любое можно надеть на безымянный палец левой руки и сказать, что это помолвочное, я подняла руку. Ойген заскрежетал зубами, но от обвинений и резких движений воздержался.

– Что написано на внутренней стороне ободка? – спросил Вильгельм, наблюдая за тем, как господин Вильдермар что-то шепнул секретарю суда, после чего тот направился в мою сторону.

Честно говоря, с тех пор, как Вильгельм надел мне кольцо на палец, я украшение ни разу не снимала. Собственно, именно поэтому вообще не была в курсе, имеется ли какая-либо гравировка или нет. С небольшим усилием, но мне удалось снять кольцо, так как руки в такой духоте немного отекли. На пальце осталась тонкая полоска белой незагоревшей кожи.

– Как можете удостовериться: кольцо носится уже достаточно давно, – взял слово господин Вильдермар. – А пока секретарь передаёт его многоуважаемым судьям, могу с уверенностью сказать, что на внутреннем ободе сделана гравировка «В знак любви и верности Кристине В. Вербер. Вильгельм Д. Вангер». Вот бланк заказа ювелиру с точной формулировкой гравировки и датой. Также здесь указано, когда работа была выполнена и кольцо передано заказчику.