Книга Спасти дракона, страница 48 – Александра Гусарова

Эннари этот тон не обманул. Она отвернулась к стене, чтобы ее не видели и от души лукаво улыбнулась. Затем резко выдохнула и придала лицу лениво-скучающее выражение. Пока все шло по ее плану. Повернувшись обратно, обнаружила, что Эвка во все глаза смотрит на братца и, кажется, верит каждомуего слову. Что ж, Элмак свидетель, она им обоим желает только лучшего.

— Что ж, втроем так втроем, — кивнула Энн. — Сейчас зайдите в канцелярию и переправьте пропуск на три лица. Ты же не захотел оформлять постоянный допуск в лес.

— Я не думал, что моя старшая сестра настолько беспечна. Все-таки мужской ум более продвинут, чем женский, и может предусмотреть и просчитать варианты гораздо лучше.

— И это не означает, что когда ты не добился от девушки секса, то это ты охотился на нее? А вот когда она его от тебя получила, это была ее охота, — тера фон Эйтман весело рассмеялась, гордясь тем, что ей удалось уесть братца. Рядом с Эвкой он стал каким-то более беспомощным, терялся, что ли. И это не про силу и сообразительность. Это про более глубокие душевные струны.

Он ничего не ответил, лишь сверкнул глазами. А Энн скомандовала:

— Вы еще здесь? В вечном лесу темнеет рано. Так что, уважаемые теры и тиры, поторопитесь!

Вся троица коротко поклонились банкирше и дружно вышла из ее кабинета.

В коридоре банка была одна очень интересная дверь. В нее часто входил народ, но ни разу Эвка не видела, чтобы кто-то выходил. Она даже один раз набралась смелости и подергала за дверную ручку, но безрезультатно. Дверь как была закрыта, так и осталась. И к ее радости, девушка поняла, что именно туда они сейчас и направляются.

— Ты или я? — поинтересовался Рихард, останавливаясь рядом с таинственным помещением.

— Как будет угодно теру! — Ганс пожал плечами. По его мрачному виду было понятно, что он не очень рад новому компаньону. Эвку этот факт не на шутку взволновал. Она считала, что в сложных ситуациях на первое место выходит взаимовыручка и взаимопомощь. Но как быть если мужчины, мягко сказать, друг друга недолюбливают?

— Тогда я! — согласился фон Эйтман. — У меня магический резерв больше. Мало ли как пройдет наше путешествие. Побережем твою магию.

Роттенберг только плотнее сжал губы, превратив их в узкую сплошную линию. Возразить брату хозяйки было нечего. У Эйтманов резерв был, казалось, неисчерпаем. Ему несколько раз доводилось в этом убеждаться.

Рихард тем временем подошел к двери и приложил руку к еле заметному силуэту на стене. Эвка этот силуэт раньше не замечала или он просто не проявлялся. Тут же по ладони мужчины побежали голубые огоньки,а затем точно такие же огни опоясали дверной проем. Дверь натужно скрипнула и отворилась, причем сама по себе, без посторонней помощи. Они вошли в тесную кабинку, где еле-еле поместились втроем. На стене были странного вида кнопки с начерченными на них рунами. Рихард набрал только ему известную комбинацию, и неожиданно воздух поплыл. Изображение смазалось, словно они попали в другую реальность.

— Пространственный переход! — только и успела подумать девушка. Она о них слышала, но пользоваться доводилось в первый раз. Слишком это дорогое удовольствие. Хотя, судя по периодически заходившим в кабинку людям, для фон Эйтманов это были обычные текущие траты. Но в следующее мгновение все мысли вылетели из рыжей головы. Воздух вдруг превратился в липкую массу, которую было чрезвычайно сложно вдыхать. А желудок подпрыгнул так высоко, что, если бы тира Руи не забыла позавтракать, все содержимое выплеснулось бы наружу. Сколько это продолжалось, она не поняла. Время могло тянуться секунду или целый час. Казалось, что не закончится никогда.