Книга Муж для непокорной и мама в придачу, страница 78 – Наталья ДеСави

— Они мои друзья!

Я повернулась и удовлетворенно отметила, что девчонки дрожат, а Шанти даже всхлипывает.

— Мы с тобой много раз говорили об этом, Бограм. — Покачала я головой. — Силой друзей не найдешь. Они тебя боятся, а это точно не дружба.

Орк стоял, упершись руками в решетку, и тяжело дышал. Затем еще раз с силой ударил по прутьям и повернул голову к девочкам.

— Что сделать, чтобы они дружили с Бограмом?

— Для начала открыть дверь.

Я даже пальцы скрестила за спиной, в надежде, что тема дружбы для Бограма так же важна, как и при нашем с ним нормальном общении в Академии.

— Папа ругаться будет.

Бограм отошел обратно к столу, и тут уже по решетке ударила я.

— Да кто этот папа-то?

— Низенький такой, пухлый. Лицо доброе, только все это обман. Злой он, особенно раз в месяц, когда новая девушка приходит. Последнее время особенно, когда он не может их привести.

— Да. — Я вернулась и села на кровать. — Сейчас из пришествия попаданок целый ритуал сделали. Их встречают, обучают жизни в нашем мире. Они либо начинают работать, либо выскакивают замуж за волков или горгулий.

— Везет, — вздохнула Наташа. — Я бы лучше замуж, чем непонятно зачем здесь сидеть.

— И вам ничего не говорили, что они хотят?

Девочки отрицательно покачали головой.

— Я здесь дольше всех, — отозвалась Шанти. — В самом начале они еще разговаривали о том, что его отцу нужна какая-то одна конкретная девушка, которая излечит его жену. Но этому, — она ткнула пальцем в Бограма, — не очень-то нравилась эта идея.

С удивлением я смотрела на Бограма. Конечно, я знаю его все полгода, но ни разу он не обмолвился о том, кто у него родители. И о том, что ему мать сильно больна тоже. Я была единственным другом у него, рассказывала о моих стычках с братьями, ссорах с отцом, а его молчание воспринимала как должное. Не ждать же откровений от тупого орка-переростка. А теперь оказывается, что его мать больна, и отец ищет решение проблемы таким вот жутким, неестественным способом. Смотря, как Бограм поглощает конфеты, аккуратно сворачивая фантики в тонки полоски и складывает их в коробку, мне становилось все больше его жалко.

— Кто же его отец?

— Не знаю. — Пожала плечами Наташа. — Они потом перестали при нас говорить на эти темы вообще. Что его зовут Бограм, мы только от тебя узнали. Отец как только его не звал: недоумок, переросток, голодная туша ходячего цирка. Обзывал, в общем, по-всякому.

— Профессор Корн тоже звал его часто голодной тушей ходячего цирка.

— О, и он тоже отца своего профессором называл, — выкрикнула Шанти. — Будто он преподаватель в ВУЗе.

Я метнула на ее вопросительный взгляд.

— Профессор? Ты уверена?

Та удивленно отшатнулась от меня и кивнула.

Профессор Корн и Бограм совсем не похожи. Бограм типичный орк, без изъянов и вкраплений других рас, да и туп как чистокровный орк. То есть родители его обадолжны быть орками. Профессор Корн был магом, хорошим магом, который владел множеством разных технологий, за что его и ценили в Академии. Он мог вести и зельеварение, и артефакторику, и портальную магию. Не было раздела магических тайн, в которых бы он не разбирался. И уже то, что он был феноменально умен, никак не роднило его с орками.

Хотя… это может быть ответом на вопрос, как же Бограм смог поступить в Академию без знаний элементарной письменности и счета. На лекциях профессора Бограм появлялся редко, хотя у остальных профессоров не особо чаще. Да и каждый раз, когда приходилось выполнять какую-либо практическую работу, за Бограма делала я. А вот в устных ответах спасти его никто не мог, и уж какими только прозвищами не награждал его профессор, в том числе и тем непонятным словосочетанием про ходячий цирк.