Книга Жена для непокорного и мама в придачу, страница 57 – Наталья ДеСави

– Брысь!

Вот этот рык уже был похож на того, кто будет их резать, убивать или есть. Эмилия с козлом инстинктивно вжали головы, а Эми убрала крылья. Головы парней исчезли, зато появилась голова большой, очень большой женщины.

– Так это же малышка Мари. Или Эмилия? – Она вытащила Эмилию за шиворот через крышу и поставила на землю. – Вечно вас путаю.

Женщина была огромных размеров, острые клыки выглядывали с двух сторон ее рта, и даже губы, растянутые в улыбку, не могли смягчить звериный оскал.

– Мкруты! – выдохнула Эмилия и, кажется, потеряла сознание.

* * *

Пробуждение было болезненным и каким-то странным. Первое время Эмилия не могла понять, ни где она находится, ни что с ней случилось. И, вообще, на том или этом свете она находится. Последнее воспоминание резко всплыло в памяти. Мкруты! Если они на нее напали, то должны были уже съесть. Или нет. Едят других гробыри, а мкруты просто нападают. Некстати пришел вопрос: а зачемони нападают, если не хотят ни есть, ни грабить? Но он тут же отошел на второй план, когда рядом раздался глухой, грубый женский голос.

– Проснулась, Мили.

Так Эмилию называла разве что мать, да и то не всегда, а в исключительных случаях, когда она что-нибудь себе ломала после очередного опасного полета. Но голос был явно не материнский, да и на пение феникса это не походило. Эмилия открыла глаза: перед ней была все та же огромная женщина, которая выудила ее из кибитки. Не приснилось.

Осел и козел были тоже тут. Но, судя по разожженному костру и вертелу, который натачивали два других великана, судьба у них была гораздо печальнее. Хотя кто сказал, что вертел предназначается не ей?

Женщина проследила за взглядом Эмилии и тут же поспешила ее успокоить.

– Ужин придется подождать, тягловая скотина не так быстро готовится.

– Не надо. – Замотала Эмилия головой.

Конечно, она не особо успела сдружиться с животными, да и козел, выдавший их своим блеянием, был еще той скотиной, но есть то, что еще недавно везло тебя и блеяло на ухо, было как-то неприлично.

– Да не бойся ты так. – Женщина протянула руку. – Меня зовут Роза, а это Илларион и Варфоломей.

Эмилия уставилась на двух громил, повернувших в ее сторону головы, и обнажив свои кариесные улыбки.

– А откуда вы знаете, как меня зовут?

Громилы тут же отвернулись, делая вид, что старательно настрагивают вертел. Осел и козел еще сильнее вжались в землю, прильнув к столбу, к которому были привязаны. Роза же продолжала мешать что-то в котелке, не обращая на нее внимания.

Откуда-то в Эмилии взялось ощущение, что ничего ей здесь не сделают. Хотели – давно сделали. Хотя бы связали, а она лежит на мягкой шкуре, укрытая пледом. Это было совсем не похоже на то, что обычно делают с пленниками. Или смертниками.

– Вы же мкруты? – Она села, внимательно разглядывая этих больших людей. – Те, кто портит наши поля и нападает на патрули?

– Они первые начинают, – плаксиво пожаловался Илларион и для правдоподобности шмыгнул носом.

– И дерутся больно. – Варфоломей задрал рукав и показал большой синяк.

Эмилия машинально подняла руку, повторяя за ним, и с удивлением заметила, что повязки больше нет, и рука совсем не болит. Тут же она пошевелила ногой, и привычная боль больше не отозвалась. Она вскочилаи стала вертеть рукой и приседать, проверяя руку и ногу.