Книга Жена для непокорного и мама в придачу, страница 65 – Наталья ДеСави

Эмилия протянула вырывающегося Когтиля Мари, поцеловала ее на прощание, заправила выбившуюся прядь волос за ухо, разбежалась и превратилась в пытающую птицу. Патрульные взмыли следом, и вскоре Мари осталась наедине с Кхилем.

– Никогда не видел фениксов так близко, – задумчиво проговорил Кхиль, смотря вслед улетающим птицам. – Ты, наверное, еще ярче?

Нарастающая ревность Мари резко переросла в ярость.

– Я же говорила, что не могу летать и никогда не смогу!

Она пришпорила коня и тронулась с места.

– Нам в другую сторону.

Кхиль с интересом смотрел за ней.

– Показывай дорогу, – проворчала Мари, – а то лучи света догонят тебя быстрее, чем ты налюбуешься на красоту феникса.

– Эта красота мне безумно нравится. А еще едкий характер. – Он усмехнулся и тронул коня. – Но ты права, солнце нагоняет, а нам надо перебраться через горы без происшествий.

– Каких происшествий?

Мари искренне считала, что происшествий на ее головусегодня точно хватит. И добраться до бабушки Кхиля можно быстро, но спокойно. Бабушки все тихие, мудрые и угощают пирожками.

– Главное, не встретить горных баранов. – Пожал плечами Кхиль.

Мари нагнала его, повела свою лошадь рядом, засовывая упирающегося Когтиля за пазуху.

– А чем опасны бараны? Разве не страшнее хищники, которые могут разорвать?

Громкий смех Кхиля заставил Мари насторожиться.

– Местные хищники даже близко к ним не подходят.

* * *

– Но мы же их не встретим? – В Мари теплилась надежда, что все пройдет благополучно. Но чем ближе они подъезжали к горам, тем тревожнее ей становилось.

Огромные каменные глыбы были неестественного черного цвета, как крыло горгульи. Острые пики выступали везде, и было невозможно ехать вплотную к скалам, не поранив коня. Подпитываясь страхом от гор и от возможной встречи с баранами, она не с первого раза услышала, что ее зовут.

– Я спрашиваю, – громко повторил Кхиль, – почему твоя сестра так легко взлетела, хотя ты говорила, что она ранена и в руку, и в ногу.

Этот вопрос тоже мучал Мари, но она верила, что сестра позже все объяснит сама. Сейчас же ее ум считал этот вопрос не таким важным в сравнении с поездкой через горы.

– Я не знаю. – Она, не отрываясь, смотрела вперед, где среди скал ей почудилось какое-то движение. – Ты точно знаешь дорогу?

– Шутишь? Я в этих горах с детства все тропки знаю. С бабушкиной стаей мы облазали здесь все пещеры, посчитали всех баранов, а уж сколько съели дурман-травы…

Мари покосилась на Кхиля. Вроде взрослый и рассудительный, а говорит какую-то ерунду.

– Дурман-трава действует только на оборотней, для остальных это просто трава.

Засмеявшись, Кхиль чуть не пропустил въезд в узкое ущелье, где пройти могла только одна лошадь. Пустив своего коня вперед, он достал длинный нож и крепко сжал, не отпуская при этом поводья.

– Когда ты наполовину оборотень, это действует, еще как! Конечно, не уносит в призрачные дали, как волков, но разум затмевает часа на три настолько, что хоть крылья режь, не почувствую.

– Осторожно!

Мари дернула поводья, останавливая коня. Когтиль недовольно заворочался у нее за пазухой, резкие толчки ему не нравились. Камни сыпались сверху непрерывным дождем, лошади разволновались. Мари еле сдерживала поводья, не давая испуганномуживотному броситься наутек.

– Быстрее за мной, пока камни не отгородили нас!