Книга Весь Ад к твоим ногам, страница 99 – Наталья ДеСави

— Он меня все равно найдет, как-нибудь доберется до меня.

— Все хорошо, ты в замке Дьявола, одни черти и демоны, никто из райских не посмеет тронуть тебя.

Говорю и как будто бред какой-то несу. Среди чертей ты в безопасности, а праведники тебя не тронут. Раньше бы дико смеялась такому каламбуру, теперь же суровая реальность расставила все по местам. Кого нужно опасаться в этой жизни — так это праведников и жителей Рая.

Я еле успокоила мальчишку, дождалась, когда он заснет и вернулась в свою комнату. В душе шелестела вода, я упала на кровать, распласталась там звездочкой, и закрыла глаза в ожидании мужа. Скрипнула дверь, я приоткрыла один глаз и посмотрела на Сэма. Завернутый в одно лишь полотенце, еле державшееся у него на бедрах, он стоял в дверях, как Аполлон.

— Ты меня смущаешь, — хитро улыбнулась я и перевела взгляд в потолок.

Услышала, как шлепнулось полотенце, и улыбка на лице сама растянулась шире.

— Если не хочешь смотреть, можем делать это с закрытыми глазами.

По моей шее пролетело тяжелое горячее дыхание, губы сомкнулись на мочке уха, продвигаясь дальше и поднимая вихри в моем теле, закручивающиеся по спирали и уходящие в низ живота. Я подалась вперед и обвила руками шею, прижимаясь к его губам и жадно прося поцелуй. По телу пронеслась волна опаляющего огня. Словно во мне течет не кровь, а огненная лава. Она переливалась, выжигая меня изнутри, захватывала все мое тело, а я была не в состоянии ей сопротивляться.

— Малышка моя… моя, — выдыхает Сэм, исступленно хрипит и с большей агрессией терзает мое тело.

Оно горит и просит еще больше ласки, больше ярости и страсти, с которой он набрасывается. Платье трещит и отлетает с кровати. Не задумываюсь, можно ли будет восстановить, мне хочется только одного: чтобы он не переставал меня целовать. Он отпускает мои губы и смещается ниже, захватывая губами каждую частичку моего тела, разрывая мне душу и сердце, вырывая протяжный стон из моих губ.

Меня бьет озноб. Сердце, опаленное лавой страсти, сожженное в пепел от его прикосновений, бьется на износ, будто осталось ему недолго, и оно должно успеть.

Успеть взорвать.

Успеть почувствовать.

В ушах раздается звон, я теряю контроль над собой, не видя и не слыша ничего. Открываю глаза, встречаясь с его взглядом,пропадая, теряясь и растворяясь в огненной черноте его глаз.

То, что только что возносило меня волной на самую вершину, скидывает резко вниз, разбивая на сотни маленьких кусочков. Только когда мир начинает собираться обратно, складываться в единый паззл, я чувствую его взгляд и снова начинаю дышать. Сердце возрождается, заново начиная отстукивать ритм жизни.

— Я тебя никому не отдам, — шепчет он мне на ухо, — никуда не отпущу.

— Отпустишь, — возрождаясь к жизни, возрождается и мой разум. — Ты сам отправил меня в замок Дьявола с детьми.

Сэм лег рядом со мной, опершись щекой на руку.

— Подсматривала?

— Подслушивала, — съехидничала я. — Но ты все правильно сделал. Я не доверяю Кнауфу, а уж после того, как Тридцать Седьмой помог нам, от него можно ждать любой подлости.

— Да, я отправил тебя в сопровождение. Потому что никого другого они бы просто не приняли. Но только в сопровождение, туда и обратно.

На душе заскребли кошки. Протяжно так, будто по стеклу провели металлом. Я не хочу этого говорить. Видит Бог, или Черт, мне уже все равно, но я не хочу этого говорить!