Книга Госпожа императорского гарема, страница 59 – Шана Лаут

Дейласа же император либо игнорировал, либо просто предпочитал на него своё внимание не тратить. Решил, что нет смысла? Или считает его не несущим опасности?

Молчание затягивалось. Никто не хотел брать на себя роль открывающего диалог. А поговорить надо было. Мне уж точно нужно как-то донести до такой высокопоставленной фигуры, что я у него ничего не крала. Ну и что не принадлежу ему, чтобы так меня лапать, а секс – это вообще не повод для знакомства.

«Поэтому делаем вдох поглубже, поворачиваемся лицом к черноглазаму и…» - решила про себя и сделала. Смотреть в его глаза прямо было легко, хотя я думала, что струшу сразу же, как загляну в них. Но нет, ничего не изменилось, настрой не сбился.

- Я ничего не крала, - сказала честно и открыто. – Прошу быстрее решить это недоразумение и отпустить меня.

И не отводить глаза сейчас было главным. Нельзя показать слабости. Ни на секунду не допустить лишней мысли илиэмоции. Шаркарийцы принимают и понимают лишь силу.

Император продолжал смотреть на меня так же открыто, но расслаблено. Выслушал каждое слово, но они словно прошли сквозь него и ничего не оставили, даже сомнений или мыслей. А может он привык думать так, чтобы это не отражалось внешне: имидж и становление себя перед другими – это всё?

Его свободная рука вдруг поднялась с дивана и медленно потянулась к моему лицу. Вот тут не отводить взгляд стало сложнее. Хотелось посмотреть за движением руки, вдруг мне понадобиться уклониться или даже соскочить с его коленей. Кто знает, что у него в его царской голове вообще твориться. Но и показывать свои сомнения и страх, дрогнувший внутри груди, я не хотела.

Костяшками пальцев он огладил меня по щеке сначала от виска до подбородка, а потом обратно, но вот пальцы дошли до центра лба – и мне вдруг стало дурно. Голову повело, слабость одолела всё тело, я бы упала на диван, но сильная рука, лежавшая до этого на бедре, поднялась выше и придержала.

- Варя! – как будто из другой комнаты донёсся голос Рорго.

- Стоять, - рыкнул на него конвоир.

- Энергобаланс совсем сбит, - констатировал Дейлас. – Повезло, что не полностью, иначе выпила бы наглеца досуха.

И все они были будто далеко от нас.

- Почему ты всегда убегаешь? – зато голос императора был так близко, как на ушко прошептал. На оба сразу. При этом рта мужчина не раскрывал. – Почему бежишь, словно от смерти?

Его чёрные глаза затягивали в себя, заставляя мир вокруг исчезать. Заставляя меня остаться наедине с этой нескончаемой тьмой, за которой скрывается так страшащий меня ответ. Он видел его. Я чувствовала, как из далёких уголков памяти ему открывается вся моя суть, вся моя жизнь до сего момента. Жизнь на Земле. Болезнь, обрушившаяся с неба. Лица семьи, знающей, что меня не спасти. Лица инопланетных врачей, умалчивающих, как близка ко мне костлявая с косой. Лицо того, кто подарил мне последнюю надежду.

Яркий космос в круглом иллюминаторе – последнее из утаённых моментов. Я словно оказалась в той коморке снова. Сидела на полу и смотрела в прекрасную бесконечность, чувствуя, как сердце замедляет свой ход.

А потом меня накрыла тьма, разразившаяся яркой вспышкой, затопившей всё сознание, всю мою суть. Этого я не помнила. Не помнила крики врачей, не помнилаотчаяние в голосе капитана, зато запомнила боль от его предательства, а ещё пометку в медкарте, что показал мне спасавший меня врач: «Умерла» и дата задним числом с подписью предателя.