Книга Госпожа императорского гарема, страница 78 – Шана Лаут

А ещё так он мне намекнул, что он не смирялся с выбором его артефакта какой-то левой девчонки, он принял его, осознал и сделал выбор в принятии нового положения. Выбор осознанный, глубокий. Весьма по-взрослому взвешенный, без истерик и попыток что-то изменить. Он нашёл плюсы и решил их усилить, перекрывая все минусы.

Сильный мужчина. Сильный правитель. Тот, за кем следуют не за красивые глазки. И он предлагает мне сделать так же – стать мне опорой и помощью, той стеной, за которой не стыдно прятаться, но и можно гордо поднять голову. Просто так сложились обстоятельства, и нужно извлечь выгоду из них.

В чём же выгода адмирала? Думаю, уже в том, что его выбрали, что приняли его желание подчиниться и сделать ближе, даже если после этого ничего не будет. И мы ничего не потеряем. Ни он, ни я. Наши жизни останутся при нас. Так стоит ли переживать? Но если я захочу большего, то он готов и к этому. Это выбор тоже обоюдный. Так чего же я жду? Почему сомневаюсь?

Я смотрела в чёрные глаза, в которых жадно пылали тёмно-красные радужки, и понимала, он примет всё, он отдаст всё. И давно готов к этому. Это лишь я тут заморачиваюсь, как и намекнул мне император. Он видит нас насквозь. И это скорее восхищает, чем пугает.

- Будешь моим? – всё же спросила я.

- Я уже ваш, - ответил хрипло Ронша. – Весь без остатка.

- Значит, делаешь его женихом? – не мог невклинится правитель, даже попытался снизить градус накала: - Дейлас будет много ворчать, даже подраться захочет.

- Я приму его вызов, ваше величество, для меня это будет честью, - уголки губ мужчины дрогнули в ухмылке, и он был так красив в этот момент, что у меня отпали последние сомнения.

Я просто приподняла бёдра и впустила в себя его мощь, сладко простонав. Кажется, мне вторил сдавленный хрип. А потом стало всё так неважно. Лишь мой танец, сладкие стоны и тихие порыкивания. Император не оставлял нас, обнимая меня, помогая меня выдержать эту страсть, иногда направляя мои бёдра, целуя губы, лицо, шею, плечи, руки – всё, до чего мог дотянуться. Ему же и пришлось крепко держать меня, пока я билась в оргазме и отдавалась ему так открыто, что теряла себя в этом потоке наслаждения.

Кажется, снимая меня с поверженного адмирала, он сел на кушетку сам, а потом усадил меня на себя, себе на колени так, чтобы оказаться внутри. И я была готова к новому заходу, как бы ни была вялой и уставшей. Мне хотелось ещё, сильнее, больше, даже немного грубее. И он давал мне это, врываясь и толкаясь, двигаясь размашистыми движениями, погружаясь в меня резко, равномерно, словно поршень. Комнату наполнял лишь влажный звук наших тел, шлепки, мои хрипы и шипение, сквозь на силу сжатые зубы.

Как же хорошо! Как же порочно, но так правильно. И ничего больше не имеет значение. И пусть его помощник ворчит сколько хочет. Я и его оседлаю, когда придёт время.

Моё лицо обхватили крепкие широкие ладони Ронша, чтобы я посмотрела на него прежде, чем он подарит мне наш первый поцелуй, с которым он выпил мой крик от нового оргазма. Да, таких мужчин мне будет мало всегда. Гарем теперь уже не кажется чем-то плохим и смущающим, а очень даже важным и нужным.

Но нужно будет решить самой, кому там быть. Да, обязательно займусь этим. Дайте только отдохнуть, пока либидо не решило, что мне нужен ещё один раунд. Об этом и сказала мужчинам. Те лишь переглянулись как-то понимающе, а потом меня укутали в огромное полотенце, и понесли через другой выход – я была права, он тут есть – в сторону моей каюты.