Онлайн книга «Живое Серебро»
|
– Арден, Арлен, Гея, Берд, мама, мои сёстры… – Что такое? – Они все мертвы, Стейнмунн! Ликторы убили всех! – у меня снова начала открываться истерика. – Что ты такое говоришь?! – Моим биологическим отцом оказался Талбот Моран! Чтобы не лишиться звания из-за факта существования бастарда, он… Он решил убить меня! Но… Почему-то убил всех их… Меня ещё нет… А их всех… За то, что они были со мной… Я не знаю за что! Как так?! Арлен хотел поиграть сегодня в лото! Берд обыграл бы его в два счёта! Это из-за того, что мы контрабандисты, или потому что я дочь Морана, или просто всё совпало… Как же лото?! От переживаемого ужаса всё в моей голове смешалось в такой фантасмагорический бред, что я начала выдавать откровенную бессмыслицу. Резко схватив меня за плечи, Стейнмунн с силой прижал меня к себе, и в этот момент я окончательно, совершенно несдержанно, с громкими всхлипами и возгласами разрыдалась… Мы простояли в таком положении очень долго. Так долго, что у меня замлело всё тело. И вдруг Стейнмунн сказал, что мне нужно выпить… Я ничего не ответила, только позволила ему отстраниться от меня и куда-то уйти. Когда он вернулся меньше чем через пять минут, он пришёл не только с бутылкой, в которой плескался безумно дорогой виски, но и с двумя пледами, и одной чистой подушкой. Расстелив один плед на матрасе, положив на него подушку и второй плед, Стейнмунн усадил меня на край матраса, вручил в мои руки уже раскупоренную бутылку и сказал пить. Не о чём не думая, я просто начала выполнять указание – сделала целых пять серьёзных глотков, прежде чем начала приходить в себя. Но стоило мне начать осознавать реальность, как мне сразу же отчётливо захотелось только одного: сдохнуть. Я уже немного захмелела и сидела с бутылкой в обнимку, прислонившисьспиной к стене, когда Стейнмунн принялся обрабатывать моё пострадавшее колено при помощи обыкновенной тряпки, смоченной алкоголем из моей же бутылки. – Ничего страшного, – вялым тоном отозвалась я, поняв, что хотя колено и щиплет, на физическую боль мне апатично плевать. – На мне заживает, словно на собаке. Оставь… – он не оставил, продолжил обработку, а я продолжила пьяно размышлять вслух. – И что дальше? Я заперта в ловушке. Меня ищут. И обязательно найдут. Потому как Кантон-J хотя и один из самых больших Кантонов, всё же он не бесконечен. Наш Кантон, как и все прочие – закрытое со всех сторон пространство, обнесённое стеной, двадцать четыре часа в сутки находящейся под электрическим напряжением и в дополнение под охраной вооруженных ликторов. – Церемония Отсеивания уже послезавтра. – При чём тут это? – По-моему, у тебя нет выбора. Это может быть единственным выходом для тебя. – Меня не заберут, Стейнмунн. Пятикровками могут быть только парни… – Пятикровками – да; тэйсинтаями – нет. Я резко замерла от осознания только что услышанного. Что?.. Я и вдруг тэйсинтай?! Рокетт продолжал говорить: – Всю свою жизнь я жил со знанием того, что меня заберёт Кар-Хар. Я даже рассчитал и потому всегда знал точный возраст, в который придёт этот час: двадцать лет. Это знание очень сильно повлияло на всю мою жизнь – я не мог позволить себе строить планы на будущее, не мог позволить себе вообще никакого будущего, как будто дальше, после двадцати лет, его у меня не будет, а если и будет, тогда точно не здесь… |