Книга АтакА & Исключительная, страница 109 – Anne Dar

– Она никогда мне не нравилась, – заметила Салли. – Убежала не оборачиваясь, бросила нас.

– У неё не было возможности спасти и нас тоже, и ты это прекрасно знаешь, – нахмурившись, заметил самый младший в их компании, Курт. – Она была отличной девчонкой, смелой и честной.Надеюсь, что она сможет выжить.

– Да, конечно, куда мне, твоей обыкновенной сестрице, до этой идеальной курицы… – отозвалась Салли, и я окончательно составила психологический портрет этой семейки. Салли внешне очень похожа на Венди, и по темпераменту, скорее всего, тоже близка к ней, а вот Курт совсем другой. Видно, что Венди рожала в раннем возрасте и от разных мужчин, потому что её дети уже подростки и ни внешне, ни внутренне не похожи между собой. Что касается их дяди Дуайта, хмурость которого вполне можно расценивать двояко – я бы с ним не связывалась, но тем не менее, он только что спокойно проглотил содержимое одной из наших бесценных консервов…

– Вы сказали про исключительность, – Диандра не могла позволить захлопнуться теме, которая столькие месяцы волновала её, да и всем нам было не менее интересно узнать, почему наша Диа, по всем параметрам являющаяся Уязвимой, по факту является стандартной Неуязвимой. – Как это работает? Как определить, Исключительный человек или нет?

– Да, вроде как, просто, – пожала плечами Венди. – Для выявления исключительности достаточно внимательнее рассмотреть глаза человека…

– Глаза? – непонимающе переспросила Диа, и я сама поймала себя на том, что мои брови, от непонимания, сдвинулись к переносице.

– У всех Исключительных выявлена одна общая, физиологическая характеристика – гетерохромия.

Я замерла. Гетерохромия? У Диандры она очень необычная – радужки глаз разделены красивыми разноцветными лучами, так что может казаться, будто она попросту носит декоративные линзы. Такая ювелирная гетерохромия обычно не бросается в глаза другим людям, в какой-то степени оттого, что является почти симметричной. В детстве я знала девочку, у которой один глаз был ярко-голубой, а второй тёмно-коричневый – вот такой яркий контраст точно невозможно не заметить.

Я попыталась вспомнить о Джошуа, младенце, оставшемся на ферме вместе со своей семьей, но, к своему неудовлетворению, выяснила лишь, что в своё время не обратила никакого внимания на его глаза – быть может, в младенческих глазах и имелось что-то отличительное, но я этого уже никогда не узнаю.

– У вас у всех гетерохромия? – прервал мои размышления голос Рагнара.

– Видимо, мне и Дуайту эта особенность досталась от нашего отца, а моим детям от меня: у нас смесь светло-коричневого цвета с угольно-чёрным.Она настолько незначительная, что рассмотреть её можно только приглядевшись в упор. Однако даже такой незначительной гетерохромии нам хватило, чтобы быть Исключительными – среди нас ни одного Неуязвимого, и тем не менее, мы совершенно не подвержены Атакам.

Я замерла, пытаясь осмыслить услышанное… Гетерохромия? Но… Как? Как это возможно? Как устроено? Ведь это наука, не магия… Но, пожалуй, пока мы не знаем ответа на вопрос “как?”, это будет в большей степени напоминать нам именно магию.

– Быть Исключительным отстойно, – снова подала голос Салли.

– Не отстойнее, чем быть Неуязвимым, – заметил Курт.

– Правда? Это потому, что на Неуязвимых охотятся Уязвимые, с целью расчленения? Прости, но если ты забыл, тогда я тебе напомню, что на Исключительных охотятся не только Уязвимые, но и Неуязвимые, в общем, все, кто верит в то, что в препарировании наших организмов можно найти ответ на открытие вакцины от Атак. И к тому же, у Неуязвимых есть хотя бы способность облегчать муки Уязвимых во время Атак, а у нас что? Мы даже наших близких Уязвимых от Атак спасти не смогли, потому что от наших прикосновений Уязвимым во время Атак ни холодно ни жарко. Нас хотят резать учёные и сжигать на ритуальных кострах религиозные фанатики новой псевдоверы. Так что нет, братец, Исключительными быть дерьмовее некуда.