Книга Замуж за врага. Его (не) любимая, страница 113 – Юлия Марлин

— Ваши покои, княжна, — проводник распахнул серебристую дверь, украшенную вычурной резьбой и замер в проходе. — Его Светлость Великий князь просит вас ни о чем не беспокоиться и отдыхать с дороги. Он примет вас завтра. И, еще, Великая княгиня приглашает утром на семейную трапезу.

София застыла с открытым ртом.

— Заложника приглашают к княжескому столу?

Такого не бывало со времен сотворения Двенадцати Княжеств.

— Да, госпожа.

Слуга исчез, а она передернула плечами.

Лучше бы ее оставили в покое. Запрятали в далекую башню и забыли, — так же, как ребенок забываето любимой кукле, брошенной на чердаке. Так, нет, решили держать в поле зрения.

— Передайте повелительнице мою благодарность. Я приду.

Княжна отблагодарила слугу, стараясь не выдать беспокойства, и когда тот исчез, выдохнула. За внезапными страхами не сразу разглядела покои. Несколько залов, объединенных в большой просторный комплекс, были заставлены мебелью из кедра и дуба. Стены и потолки драпировали бархат и шелк, а изысканные ароматы ванили и персика добавляли интерьерам шарма и гармонии.

Не успела она поразиться окружающей красоте, из смежной залы вбежали две молодые девушки в одинаковых платьях.

— Лия, — присела одна.

— Мия, — повторила вторая. — Мы ваши придворные дамы.

Девушки были рыжеволосы и очень похожи друг на друга, точно близняшки, и напомнили ей (хоть и суровых, но обаятельных) Словена и Тиса. Интересно, где доблестные воины сейчас? Наверняка вместе со статным Посланником отчитываются владыке Роману.

Пока Мия и Лия готовили принадлежности для купания, а портниха снимала мерки, София вспомнила пройденный путь, чувствуя, как учащенно забилось сердце. Но его растревожили не битвы с наемниками, не встречи с работорговцами и не ночевки в постоялых дворах. Она с придыханием возвращалась к крепким объятиям Святослава в Обители Северных Братьев. Перед глазами держалось его красивое, чуть встревоженное лицо. В ушах звучала мелодия хриплого шепота. По спине бежали мурашки нежных прикосновений.

София сглотнула, мотая головой (портниха косо поглядывала). Он больше никогда ее не коснется. Он — подданный Лейда, благородный уроженец Дома Серебряного Волка. А кто она? Заложница вассального Дома, бесправная иноземка. Никто…

— Все готово, госпожа.

София пообещала себе выкинуть Святослава из головы, потому что так «будет лучше» и сбросила пыльную одежду, забираясь в бадью.

Когда она вернулась в главную залу, сумерки уже оплели мир мглистой паутиной. Вот только в открытые окна втекал не холод, который она ожидала ощущать в Стифополе повсюду, а теплый южный ветер и благоухающие ароматы цветов.

Ближе к ночи София вышла в сад и поднялась на узорную башенку, служившую смотровой площадкой. С нее открывался вид на цветущие просторы и дальше — на необъятную столицу, засыпанную яркими огоньками. Справа виднелись жилые кварталы. Слева темнелаДальтийская Пристань. Откуда-то издалека доносились мелодия и приглушенный голос.

Гостья Дворца никогда не слышала, что северяне поют. Ей внушали — этим варварам чужды поэзия, музыка и красота. Все они неграмотные дикари, пожирающие трупы сырыми. Всё это ложь. Лодочник пел о луне в серебре волн Арди-Навы, об осенних листьях, плывущих по волнам, о моряках, уносящихся на север в реве грозных ветров.