Книга Замуж за врага. Его (не) любимая, страница 50 – Юлия Марлин

— Не один. Нас трое, — кивнул в сторону полуживой скотины, а потом в небо.

— Нужна ли вам помощь или провиант?

Музыкант пожевала сухими губами:

— От нового плаща не откажусь. Мой совсем прохудился. Весь в дырах.

Святослав спешился и свистнул:

— Клим, Рогнед, новый плащ и запасного коня.

София, выглянув из окна, наблюдая, как к музыканту подводят коня и передают тугой сверток.

— О, Светлая Заря, — рядом ахнула Лиза, — они еще и щедры. Клянусь, я сражена.

Старик потрогал переданный добротный плащ и улыбнулся, обнажив беззубые десны.

— Боги не забудут вашей доброты, люди севера. И я не забуду.

— Запряги коня в повозку, — меж тем распорядился Святослав.

Старик сбросил старый плащ и, накрывшись новым, успел перехватить командира за локоть, прежде чем тот успел отойти:

— Послушай меня, юный воин. В Арге принято платить добром за добро. Пусть наши князья и позабыли об этой мудрости, народ далеко не так глуп и безволен, как им бы хотелось. Не все верят россказням княжеских бардов. Я не верю. А сказать, вот что хочу. Если пойдешь этой дорогой, через день выйдешь к старому городу Мирт. Не веди туда отряд. Там опасно. И причины тому не грабители и лесные бандиты.

Святослав насторожился:

— Речь о вампире?

Еще одно различие в произношении двух соседних народов: на вэльском кровососущих звали «упырями», на северном вэльском этих монстров именовали «вампирами».

— Он скрывался в тех краях луну назад. Где сейчас прячется чудовище, я не знаю. — Старик придержал шляпу, сдернутую ветром. — Не веди туда отряд. Иди другой тропой, восточнее. Через Дикие Кущи. Сбережешь людей и… дорогую гостью.

Святослав обернулся и поймал взгляд заложницы, высунувшейся из окна — София тут же смутиласьи юркнула в повозку. Он развернулся и хотел спросить: откуда слепой путешественник знает о гостье, а еще — с чего ему верить, но старик уже проворно шагал к телеге.

— Я слеп, но на слух не жалуюсь. Услышал женские голоса. А поводу упыря… в Мирте все только об этом и говорят. Не веди туда отряд. Сохранишь много жизней. А мне пора. Сестрица ждет в соседнем Лиховеске на поминки. Еще раз благодарю тебя, человек с севера. И удачи.

Музыкант поклонился и, подхватив новозапряженного коня за поводья, потопал вперед.

Поразмыслив, Святослав, сам удивляясь — почему, но принял решение свернуть восточнее, и проехать через Дикие Кущи. Была ли то воля богов или его собственное отменное чутье, подсказавшее правильный путь, он ответить не смог.

… Витиеватая тропинка уводила нехоженые лесные дебри, а потом незаметно свернула в просвет и выскочила к пруду.

Сколько бы отряд ни продвигался к границе — всюду стояла разруха и запустение. Пограничные земли пугали безлюдьем и тишиной; казались пустынным краем, по которому прокатилось пламя выжигающего Клинка бога Севера, прозванного смертными Эллевер Изменяющий. Местные пахари, кузнецы, ремесленники разбегались с насиженных мест кто — куда, бросая все, что нажили со времен благословенного века.

Это была трагедия народа, но не трагедия правителя. Вместо помощи и поддержки обездоленному люду, Будиш пировал в столице Арги и время от времени во всех смертных грехах винил Волков.

София задумалась: за все время продвижения на север им ни разу не попался караван или процессия с беженцами бредущими вглубь Арги. Тогда, куда бегут обездоленные и несчастные срединцы? Где находят приют, лишенные крова? Кого просят о помощи и от кого ее получают? Не на север же они уходят, в самом деле?