Книга Архидемоны и маги, страница 89 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

Запылённая, покрытая сухойгрязью карета почтовой службы остановилась в положенном месте для приёма посылок и осмотра документов пассажиров. Из неё вышли всего двое мужчин в перепачканной одежде, пошитой недорого, но добротно.

Юноша, лет восемнадцати и седовласый мужчина, определить возраст которого для городового оказалось весьма затруднительно. Плащи-накидки покрывают костюмы. Сапоги военного образца выдали причастность к определённому слою граждан. Возможно, что это отставные или наёмники, не пожелавшие жить обычными обывателями. Вероятность причастности к гильдии Рунных Магов отметать тоже неправильно, хотя конкретных особенностей облачения не наблюдается.

Только вот какая оказия случилась, возраст юноши не ускользнул и смутил внимательного городового. Мал парнишка для бывшего вояки, а на дезертира парень совсем не похож. Уверенный, нагловатый и чрезмерно весёлый, без видимого на то повода.

– Так-с! Одну минуточку! – подошедший городовой остановил вышедших пассажиров. – Попрошу Вас предоставить дорожную грамоту.

Представитель закона протянул руку в требовательном жесте, а двое конных помощников положили ладони на рукояти шашек, демонстрируя решительность и готовность действовать по ситуации.

Седовласый медленно открыл дорожный саквояж и достал требуемое, причём городовой заметил пару рукояток револьверов в содержимом.

– Прошу Вас, – седовласый мужчина протянул соответствующие бумаги.

Городовой внимательно ознакомился с документом, периодически теребя ус и бросая на гостей города заинтересованные взгляды.

– Ну что же, – он протянул бумаги обратно. – Всё в порядке, но позвольте задать пару вопросов вашему сиятельству?

Старый граф отреагировал на просьбу спокойно, чинно положил документы в свой саквояж и принял расслабленную стойку, кивком подтвердив свою готовность отвечать.

– Граф, ваша фамилия настоящая? – начал дознание городовой, стараясь соблюдать правила вежливого обращения.

– А что вас так смутило в моих инициалах? – парировал он вопрос блюстителя. – Николай Фёдорович Татищев, по-моему, нет ничего подозрительного?

– Х-м! – городовой закрутил ус, внимательно рассматривая графа. – Ваша правда, но уж больно известная фамилия была, даже среди отцов-основателей… э-мм, – он задумался. – А надолго вы к нам?

Граф, наконец, ухмыльнулся, но сделал это только краешками губ. Выражение егонисколько не изменилось, спокойный взгляд не выдал и намёка на его реальное настроение, как и на отношение к беседе.

– Если следовать сказанному вот в этой грамоте, – Татищев вынул из внутреннего кармана старинный документ, потрёпанный, но сохранивший множество подписей и печатей, и протянул его стражу порядка, – то я являюсь законным распорядителем одного участка земли вместе с постройками, что на правом берегу Волги, в аккурат напротив Ставрополя. Я просто возвращаюсь к своим прямым обязанностям, как преемник и распорядитель всего полагающегося мне хозяйства.

Городовой принял и этот документ, к которому прилагалась и рисованная карта, такая же потрёпанная и оформленная надлежащим образом. Со всеми печатями и подписями, не утратившими силу даже из-за смерти людей, которым принадлежали. Герб правящего дома и подписи лиц из династии Годуновых подтверждали всё сказанное в бумагах, наряду с прочими известными фамилиями.