Книга Элементаль, страница 66 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

– Так что в этом плохого? – вновь удивился друг.

Пауза перед ответом затянулась.

– Эм-м! В смысле? – антиквар словно вышел из беспамятства. – А, ты про это? – он вспомнил начало повествования. – Так, по идее, ничего, тем более, что я взял цену вдесятеро от планируемой, – Артур снова опечалился. – Дело в том, что к моменту завершения покупки этого лота, в мою лавку зашли ещё несколько решительно настроенных покупателей, – он обессиленно опустил руки, чуть не уронив бокал.

Выражение лица друга уже не могло сохранить спокойствия или его видимости, и он откровенно начал пялиться на Артура, пребывая в душевном волнении.

– И? Они тоже пришли за медведицей? – он выговорил уже с опаской, боясь довести друга до грани.

– Нет, они пришли за волками, причём сразу за всеми, – проговорил Артур, допив залпом содержимое бокала. – Они тоже устроили аукцион. Можно, я не пойду сегодня к себе в лавку? – он вдруг сменил тему, с надеждой глядя на друга.

– Но почему? – снова выражение удивления и непонимания заняло место на лице вельможи.

– Беда! – вскричал Артур. – Как ты не поймёшь? Да там почти ничего не осталось, так, разве что мелочи всякие, – вымолвил хозяин лавки уже бессильно. – Теперь мне нужно поднимать все свои связи и организовать покупку и доставку нового товара. Кстати, не такого простого и распространённого, – он глянул на сочувствующего горю друга. – Хотя, если признаться, благодаря приключениям своего юного друга, Феликса, я получил доход нескольких лет за половину дня работы. Вот только радости это мне особо не доставило, ведь ты же знаешь, что живу я на другие доходы… Н-да… А это всего навсего хобби…

Проспал я до обеда, даже чуточку больше. Когда Тимка привёз меня к Артуру я видел конечно суетящихся в лавке друзей под предводительством хозяина, однако проигнорировал всех. Устал сильно, словно лошадь ломовая, да и вообще настроение ни к чёрту оказалось после общения с полицией и магистрами из Академии.

Задолбали они меня своими тупыми и предсказуемыми вопросами. А эксперт молодой, так тот вообще провёл всё время в обмороке, по моему. Отличаясь, при этом, от лежачего без памяти человека только тем, что ходить продолжал и бледнеть, раз от к разу, встречаясь взглядом с лежащим трупом вепря.

Потом я оценил свою прозорливость, когда спихнул все лавры победителя на Егора Трубецкого. Нормальный ведь парень по сути, не из трусливого десятка. Вот только слишком на деньги надеялся и от этого неправильно поставил себя среди друзей.

Ну и инкогнито моё не пострадало, ведь особо сильно меня не мурыжили. Можно сказать, что я отделался проходом по делу почти-что свидетелем, что меня вполне устроило.

– Моя говорит начальнику! – раздался писклявый голос со стола. – Моя! Твоя с добрым утром, однака! – поздравил меня Чукча.

Я покосился на узурпатора, не давшего поваляться ещё, и сидящего на краю стола свесив задние лапки, словно ноги маленького человечка. Остальные две пары, используемые в качестве рук, мелкий пройдоха скрестил на груди. Взгляд состряпал, будто нахмурившийся папаша перед принятием решения о порке чада.

– Слышь, мелкий? – я обратился к нему всё ещё отходя от сна и протирая кулаками глаза. – Ты чо вскоканул то? Спал бы да и спал…

Таракашка встал, поправился, как будто на нём одежда есть и упёрся в свои бока лапками. Потом посмотрел на часы в морской тематике и, не выдержав, показал своё настроение при виде русалок, сложив из усов сердечко.