Книга Скрижаль, страница 49 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

Я остался доволен её ответом и настроем с положительным расположением к мероприятию, как и реакцией ребят, не присоединившихся к короткомудиалогу, но активно кивающих.

Сам пляж довольно протяжённый. Береговая линия песчаная, извилистая и богата на множество заливчиков разного размера. Некоторые дубы и ивы находятся у самой воды, став излюбленными спортивными сооружениями и комфортными местами с обширной тенью для детишек и их родителей.

Самодельные снаряды для ныряния приятно напомнили и мне детство. Бесхитростные, состоявшие всего лишь из верёвки и палки, они сконцентрировали желающих экстремального времяпровождения. Типа, в полёте и кувыркаясь, как попало, шандарахнуться в воду.

Обобщая увиденное одним предложением с восклицанием, если выразиться правдиво, то тут – обалденно и весело! Даже уютно.

– Привет, Феликс! Не помешаю? – меня остановил знакомый голос.

Я обернулся и увидел Егора Трубецкого, слегка полноватого паренька, из-за которого когда-то имел проблемы со здоровьем. Парень поменялся конкретно и спеси с пренебрежением я не почувствовал, хотя раньше он просто излучал отрицательные флюиды.

Отчего не поговорить с парнем, если он так резко изменился после того памятного боя в усадьбе у Марфы Шуйской?

– Ребят, идите, а я вас догоню! – я передал корзинку Тимохе и посмотрел на Трубецкого, соблюдая ответную приветливость в выражении.

– Ну, здорово, Егор, коли не шутишь! Классно помахались с вепрем из… Из… Да всё равно, откуда это копытное вылезло! – я протянул ему руку. – Как сам? Где Голицыных растерял? – я сразу приметил его уединение от всех.

Парень посмотрел на мою раскрытую ладонь и немного опешил, однако пожал её, выказав уважение. Довольно твёрдая рука у парня. И чего он за спинами старшаков прятался? Непонятно.

– Ну да, хорошо повоевали с исчадием… А у меня, вроде, всё хорошо, – он обернулся на свою лежанку. – Вот, немного отдыхаю, купаюсь. А один?.. Хм-м… да так вот, теперь постоянно. После нашего боя всё поменялось. Со старыми друзьями я распрощался, а новых пока нет. Да это ничего! – он воспрянул духом, поправился, словно боясь показать, что недоволен.

Я оценил его костюм для плавания и мысленно содрогнулся, вспомнив не вовремя, что у меня такого счастья нет. Однако надо перекинуться парой фраз, прежде чем ретироваться.

– Ты и один нормально со всем справишься, – тут меня посетили мысль одна. – Кстати, если надоест плескаться в одиночестве или проголодаешься,то поищи нас там, – я указал себе за спину, вдоль берега. – Присоединяйся, как раз шашлычок подоспеет. Эдак так, через часик! – я высказал замануху и спокойно развернулся, оставив обалдевшего парня. – Давай, не скучай!

– Я подумаю! – он правильно ответил, ровно то, что я и рассчитывал услышать из уст родовитого аристократа. – Бывай, Феликс!

Не особо прощаясь с ним, так как небезосновательно предполагаю приход парня в гости, я направился дальше по берегу, отыскивая спины друзей среди отдыхающих.

Люди вокруг собрались самые разные. Но вельмож я легко выделял из общей массы по наличию слуг и корзинок со снедью. Обязательно новёхоньких и источающих приятные запахи всевозможной выпечки.

Братьев Голицыных заметил, как всегда тусующихся обособленной кучкой и заигрывающих с девушками, соблюдая при этом аристократический этикет. Я невольно улыбнулся…