Книга Обратная сторона войны, страница 6 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

— Погоди, какая ещё жена? — до меня наконец-то дошло.

— Она, аднака, так всем и сказала, что когда подрастёт, то женится на хозяине, — отмахнулся Рыжий, а я легонечко выдохнул.

— Дети, как же всё у них просто в жизни получается, — пробубнил я. — Понятно, а там? — я кивнул на дверь. — Что за делегация наткнулась на неприступный форт в лице Ефима?

— Аднака, ну кто тама может прить-тить к болезной хозяине? — Чукча пожал всеми плечами сразу. — Романов, Кутузов и Сивый с Барри, аднака. Приступ затеяли, и счас начнут бить Ефима, если хозяина голос не даст.

— Не подаст, — я автоматом поправил Рыжего. — Эй, опричники! Те что за дверью! Я сейчас! — пришлось заорать, что есть мочи, и остановить назревающее кровопролитие. — Рыжий, а где Вжик? — пришлось вспомнить и о пернатом подопечном.

— Зайцев ловит для во-она этих, аднака, — Чукча указал усами под мою кровать. — Э-хе-хе… Прожорливые, — добавил он печально вздыхая. — Моя, вот как думает, хозяина, а хозяина? Надобно твоей их потдать! Сдать… Тьфу! Пооддать кому-то, любящему и внимательному, как Наденька была, — добавил он, испытав важность от своего ума и находчивости по избавлению от конкурентов в сферепитания.

— Угу, посмотрим, — я отмахнулся и направился в свой санузел, исполнять утренний моцион. — Ты мне ещё все события показать должен, — я озадачил фамильяра, притворив дверь за собой.

Ответных слов я не услышал, что показалось странным.

Уж что-что, а таракашка должен был что-нибудь ляпнуть в ответ. И почему всё так усердно скрывается? Колчак, например, он ведь тоже ничего не стал говорить по теме событий в городке светлых…

Пока умывался, я думал над идеей таракана.

А действительно, может взять, да и раздать этих милых созданий? Их шесть, что соответствует количеству знакомых дамочек, скучающих в Бастионе.

И будет им чем заниматься, если научатся прятать питомцев от посторонних. Я же не знаю, какова случится реакция у всех остальных служивых и магов, на этих зверей, пришедших в мир из потустороннего.

Хотя, как по мне, ну не тянут они на откровенных исчадий, злобных и кровожадных. Так, просто — щенки, пугливые и голодные.

Умывшись и справив естественные нужды, я наскоро оделся и вышел из своей комнаты к людям.

— Всё пропало, Феликс, всё пропало! — я чётко распознал испуг в голосе Родиона Кутузова.

— Ещё добавь слово «шеф» и доскажи, что гипс снимают, — мне в голову пришла цитата из любимого фильма дедов.

— Что, прости, снимают? — переспросил Родион.

— Не обращай внимания, — я отмахнулся. — Что там стряслось-то? Небо рухнуло и ноги отдавило?

— Хуже! — вскричал Кутузов на полном серьёзе, а вот остальные визитёры хитро улыбнулись.

Причём, наш Пётр Романов, родной братик кучи сестёр, покрутил у виска пальцем, намекая на определённое душевное состояние Родиона.

— Ты говорить будешь, или пить? — мне пришлось остановить взъерошенного парня, пьющего квас прямо из горлышка графина.

— Фу-х! — выдохнул друг. — Новость такая, что… Ну-у-у… — он вдруг замялся и сел на кресло у камина, вместо предложенного Ефимом стула. — Моя Виолетта — беременна!

— Да неужели? — я сел. — Похоже, что это эпидемия на запад накинулась, — проговорил я.

— Нет, Феликс, не так беременна, как твои, — помотал головой Родион. — Мы и правда хотели, и вот получили. Говорят, что мой дедушка заточил супругу по причине особенностей будущего ребёнка, а мне велено не умереть и вернуться, как закончится служба.