Онлайн книга «Тернии Великого разлома»
|
Да, а как же я отношусь к Ксении, если отбросить все тени условностей? Можно ли наши взаимоотношения назвать обычной любовью? Может это привязанность, как результат стремительного развития некоторых специфических деталей общения парня и девушки? Или это порыв безудержной страсти, сработавшей на фоне сексуальныхпотребностей обоих индивидуумов… Или из-за банального интереса, спортивного характера. Хе-х! Да кто его знает? Интересно, а она, сама-то, как считает? И кто она? В том смысле, что чин или статус аристократический есть у неё? Может графиня законспирированная, как вариант! А что — вполне себе правдоподобно, не лишена версия определённого смысла. Ведь на службу в то ведомство, где ей отдали предпочтение как агенту с особыми полномочиями, дурёх и простушек не нанимают… Да ладно… Чего я свою голову золой посыпаю? Пустое всё! Но если Полина взбрыкнёт, то я точно знаю на ком остановится мой выбор. И всё. — Не пропадёт моя, аднака, от начальника, — Чукча выдернул меня из размышлений. — Честное пречестное! А чего там за суета в доме у антиквара, аднака? — озаботился рыжий и развернул усы над головой, как инопланетянин, сосредоточив внимание на источнике беспокойства. — Действительно, — я тоже обратил внимание на отчётливые звуки. — Похоже, что в доме разворачивается диспут, готовящийся перерасти в баталию! Пойдём-ка, друг мой усатый, взглянем, чем там мои опричники занимаются, — я поднялся с заснеженной лавки и отряхнулся. — Иначе мы опоздаем и всё интересное пропустим. — Моя будет незаметная, аднака, — Чукча пришёл к правильному выводу и исчез под своим пологом непроницаемости. — Молодец, — похвалил я своего фамильяра и потянул на себя дверную ручку. Когда дверь коридора открылась, я стал свидетелем повышенных тонов в общении, проходящем в общем зале для посиделок, обедов, ужинов и обычных чаепитий. Там затеяли явный спор, посему я моментально преодолел расстояние до этой комнаты и решительно вошёл. Естественно, что своему выражению я придал строгости и даже нахмурил брови. Ну или — как получилось. — А вот и Феликс, — Годунов младший несказанно обрадовался моему появлению. — Давайте-ка мы у него-то и спросим, не перебор-ли получается с этим женским реквизитом! — завершил он и все присутствующие сконцентрировали на мне своё пристальное внимание. Я тоже навёл фокус на компанию разномастных бабушек. Уведенное настолько меня поразило, что я обессиленно опустился на ближайший стул и начал малахольное изучение упомянутого реквизита. Это… Это, мать его, то ещё зрелище, способное вырвать мозг самому прагматичному физику-ядерщику, математику илилюбому обладателю обширнейших знаний в самых точных науках. Короче, любому человеку, полностью обделённому наличием нервных клеток, окончаний, или эмоций для неадекватного восприятия окружения и пространства… Писец! Взгляд мой зацепился за Ивана, посему осмотр я начал именно с него. Всё вроде нормально. Женское платье, накладной горб и приставной живот, но вот рейтузы… М-да… Рейтузы мало того, что выглядывают из-под нескольких юбок, так они ещё и натянуты на штаны мага-вольника. Прямо поверх. Плюсом идут утеплённые, высокие ботинки со шнуровкой, созданные и выделанные мастерами по моим эскизам. И это ещё не всё. За голенищем одного находится крупнокалиберный револьвер искусной работы рунных мастеров-оружейников, презентованный милитаристским кутюрье, Полиной Николаевной Потёмкиной. М-м-м, загляденье такое — что мозгом можно заборы проламывать, запросто! А вот из второго выглядывает навершие рукояти статусного имперского кортика, положенного лицам высшей сословной принадлежности. |