Онлайн книга «Стезя судьбы»
|
Благо, что меня не застукал никто. Вдруг я из ночного горшочка умылся? Хотя нет — он стоит там, где и должен находиться, исходя из моих познаний исторического быта. Под кроватью, если быть точным. Вспомнилась медицинская утка из истории лечения в Академии Боевых Рун. И вот — я весь чистый, побритый нормальной бритвой и опрятно одетый, стою перед дверью трапезной. Всё той же, малой. Мешкать не в моих привычках, посему я смело вошёл. Кстати, факельный навигатор Варлода всё ещё исправно работал, оказав мне вторичную неоценимую услугу по коридорному походу. Полезная штука, и нужно как-то рецепт раздобыть! Переступив порог зальчика, я сразу встретился с хмурым взглядом единственного присутствующего, коим явился Высочество Годунов. И это весьма хорошее начало утра, так как представилась возможность всё обсудить без свидетелей. — Феликс, — первым заговорил хмурый Высочество. — По поводу вчерашнего, м-м-м… — тут Иван вдруг запнулся, очевидно подбирая слова. Я прошёл к столу и уселся напротив, не проявляя ни малейших признаков нетерпения в ожидании завершения его неоконченного монолога. — Так вот, — Иван доукомплектовал-таки свои мысли правильным набором слов и продолжил. — Я вчера повёл себя неподобающе, — он решил начать с самокритики, как поступает большинство конкретно наезжающих, мол — я конечно неправ, но ты один хрен ответишь. — Я отвратительно выразился в отношении девушек, что не достойно дворянина,чья кровь… — Высочество, а в остальном? — я грубовато перебил его, демонстративно расслабляясь, и вальяжно откидываясь на спинку стула. — Ты оскорбил меня, и я, — он опять потерял нужные слова и выражения, явно нервничая. — Но прежде всего, Феликс Игоревич, я хочу знать, что такое гандон и эсэсовцы! — он озаботился степенью нанесённого себе оскорбления, судя по уточнению. От же, а? Я и забыл, что в этом мире не имеют понятия о средствах контрацепции, как и их нелитературных вариантах употребления в речи. И о фашистах тоже не знают. Поэтому, мне нужно этот вопрос игнорировать, или пройтись по нему очень вскользь. — Высочество, ты не находишь взаимосвязи причины и следствия? — я вскинул бровь. — А давай-ка я тебе всё объясню, как смогу, а там и зарубимся, если захочешь. Лады? Годунов нашёл в себе залежи здравого смысла и кивнул, согласившись передать мне инициативу в сложном диспуте. — Отлично! Тогда послушай, это будет полезным для твоих мудрых выводов и решений, — я чуть сменил позу посадки, скрестил руки в районе груди и тоже нахмурился. — Что означает твоя напыщенная тональность начала отповеди, перед тем как приступить к основной, наездной её части? Это риторика, поэтому, Ваня, ты просто послушай меня, — я пресёк его потуги в поиске очевидного мне ответа. — Все так делают, подвергая себя лёгкой критике, такого вот благородного и правого, со своей же точки зрения, — я продолжил нормальное пояснение. — Но, Ванечка, а как это выглядит для меня, ты задумался? Не перебивай, говорю! — рявкнул я. — Я только начал! — мне пришлось даже голос повысить, чтобы осадить его попытку встрять меж моих слов. — Начнём с того, что в самом начале я вдруг оказался свидетелем откровенного упоминания о девчатах, как о дамах лёгкого поведения, со скверным характером и тяжёлой судьбы. Кстати, среди таких бывают люди подостойнее некоторых князей-аристократишек, — я перешёл к сути конфликта. — Что означает осознание твоей неправоты лишь частично? Цитирую тебя же — «я вчера повёл себя неподобающе», — я привёл дословный пример. — Ну-у-у, — я развёл руки в стороны и замотал головой, подчёркивая своё несогласие нелепости его заявления. — Нет уж, друг мой — раз ты накосарезил, то имей мужество принять и ответку, пусть и словесно, как было в данном конкретном случае. А нормальнаяреакция — это прямой в челюсть! Итак? Что скажешь теперь? |