Книга Смена локации, страница 34 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

А вот у меня всё наоборот — улыбнулась Фортуна! А может я, попросту, забираю чужое везение? Ну, типа дар такой, подарочный. М-да уж, даже ни капельки не смешно. А умение Чтения Создателя сохранено? Куча вопросов остаётся открытыми, чтобы озвучить их при очередной встрече со своими благодетельницами. Ну, да ладно — нет повода киснуть!

Я мысленно отмахнул от себя большие ворохи тревожных мыслей и улыбнулся, вживую, естественно, а не мысленно. К тому же, из коридора потянуло чем-то особенно вкусным, услужливонапомнив мне о наступлении времени обеда у гостей и постояльцев трактира. В принципе, об этом и мой пустой желудок уже намекал парочку раз характерными звуками.

— А-а-а, — простонал лежащий в кровати парень и медленно открыл глаза.

— Фокус сюда наводи — на меня! — я помог ему с ориентацией в пространстве и словом и жестом. — Что боец, как самочувствие? А круто ты навалял этому заносчивому перцу! Вставай, — я подал ему руку и помог принять сидячее положение. — Один, да против четверых встал… — я деланно восхитился, сыграв театральное изумление в выражении. — Моща-а-а!

— Да ладно тебе ёрничать, всё я помню — и никто не пострадал от меня, а вот мне знатно накостыляли, — парень отвёл взгляд и улыбнулся. — О чём я думал, бросаясь на превосходящего по силе противника? — посетовал он с чувством иронии и стыда. — Всё мой скверный характер… — затеял он сокрушаться.

— Ва-у! А раз ты и сам всё про себя знаешь, то — закругляйся кисляк пропогандировать, как и голову пепелком посыпать и, вообще, а погнали-ка пообедаем! — на позитиве утвердил я, решительно встав с табурета на котором сидел в режиме заботы.

— У меня с деньгами не очень, м-мм, а что значит — пропагандировать? — промямлил парень.

— Можно подумать, будто я Рокфеллер! — я отмахнулся, похлопывая по кожаному узелку с монетами на поясе. — Пропаганда — это совет всем на свете о том, чего делать нельзя, но очень хочется лично тебе! Например, насрать на триумфальной площади и говорить, что так надо по демократической идеологии!

Молодой вельможа ненадолго завис от такой смелой расшифровки.

— Я не хочу нужду на площадях справлять… Что за дворянин — не слыхивал, — вполне прогнозируемо среагировал парень и встал на ноги, осматриваясь и озадачиваясь своим внешним видом молодого аристократа. — Рокфеллер… Х-м, звучит как имя татя-мошенника, — как нельзя чётко подметил он, шаря взглядом по сторонам.

— Англо-вертепщик, содомист треклятый, — брякнул я, а следом скорчил показушное выражение глубокой скорби. — Сабельку, кстати, не ищи — она поломалась при схватке, как и коня.

— Э-ээ, — протянул он почёсывая затылок, явно испытывая лингвистическую контузию от многого непонятного в услышанном от меня. — А с конём моим что?

— У скакуна твоего… Н-да, как не прискорбно мне говорить, а хворь падучая егоодолела и он покинул мир живых. Но сытым и в комфортных условиях — прости, — я развёл руки, — искренне соболезную о утрате.

— А-а-а, во-он оно как, — протянул он с пониманием и подмигнул мне по-заговорщически. — Хорошо хоть до сюда дошла!

— То есть, ты битву затеял не от любви к своему четвероногому товарищу, а из-за обычной гордыни, перемешенной с заносчивостью? — уточнил я, стоя у двери вполоборота к герою и собираясь открыть её.

— Мне папенька наказ строгий дали — не давать спуску, показывать себя великим смельчаком и блистать характером, чтоб добиться желаемого, — благоговейно пояснил молодой аристократ, поправляя берет украшенный пёстрым пером птицы неизвестной породы.