Книга Космический замуж. Мои звёздные мужья, страница 26 – Маша Бакурова

Кто она, эта Лиссан? Что она сделала с ними?

И самый страшный вопрос, который я боюсь задать даже самой себе: А я? Я смогу когда-нибудь занять ее место? Или я просто... замена? Попытка залечить старую рану?

Мысль об этом причиняет почти физическую боль.

Но я не могу отвести взгляд. Разглядываю их напряженные позы, сжатые кулаки, то, как они пытаются разорвать друг друга на части, но при этом боятся издать лишний звук, чтобы не разбудить моих... наших... детей.

И в этот момент я понимаю, что мне не все равно. Мне отчаянно не все равно. Я хочу, чтобы они перестали причинять друг другу боль.

Хочу, чтобы они были... счастливы. Со мной.

Но я им тоже вру…

Алана! Надеюсь, что ты когда-нибудь вернёшься. Надеюсь, что я смогу им рассказать правду. И что мне больше не придётся врать.

Но что, если подруга всё-таки погибла?

Тогда никто и никогда не узнает, что Кира и Лео не мои. Я поклялась.

Но неужели мне придётся всю жизнь прожить во лжи? Разве на этом можно построить отношения и здоровую любящую семью?

А можно ли доверять хазарам, чтобы уже сейчас во всём признаться?

А вдруг тогда они не захотят принять детей?

Я осторожно делаю шаг назад, собираясь сбежать, вернуться в свою комнату к малышам, но моя нога наступает прямо на детский сенсорный кубик. Раздаётся пронзительный писк. И короткая весёлая мелодия.

Голоса в гостиной обрываются.

Время замирает.

Все. Меня заметили. Придется идтии говорить.

Я медленно выхожу из тени коридора в мягкий свет гостиной.

Два могучих хазара смотрят на меня, чувствую от них смесь досады, гнева и... вины. Они пойманы. Как и я.

— Я... не хотела подслушивать, — шепчу, и собственный голос кажется мне чужим.

Айвар первым нарушает молчание.

— Ты все слышала, — это не вопрос, а утверждение. В его хриплом голосе закипает гнев.

— Слышала, — киваю я, поднимая подбородок. — Слышала достаточно.

Смотрю на своих двух мужей, раздираемых старой обидой. И во мне что-то щелкает. Страх уступает место странной, холодной решимости.

— Лиссан, — произношу это имя вслух, и оно звучит в тишине, как пощечина. Оба мужчины вздрагивают. — Вы позволили призраку женщины из прошлого встать между вами. И вы тащите эту тень в нашу жизнь.

Рамиль опускает глаза. Айвар, наоборот, смотрит на меня в упор.

— Ты не понимаешь, — цедит он сквозь зубы.

— Нет, — я делаю шаг к ним. — Это вы не понимаете. Я чувствую вашу боль. Каждую секунду. И я устала от нее.

Рамиль встаёт первым и нарушает тяжелое молчание. Он подходит и мягко касается моего локтя, жестом указывая на диван.

— Сядь, пожалуйста, — говорит он устало. — Ты права. Пора рассказать.

Я сажусь, и Рамиль опускается рядом, оставляя между нами пространство. Айвар тоже подходит, но остается стоять, скрестив руки на груди.

— Я... я любил Лиссан, — глухо говорит Рамиль, не глядя на меня. — Мне так казалось. Она была умной, красивой, разделяла мой интерес к науке. А когда я начал чувствовать признаки Зова к ней... — он замолкает, качая головой. — Я был окрылен. Я думал, что это судьба. Что наконец нашел свою кайру.

Он поднимает глаза на Айвара, и в его взгляде читается горечь.

— Я не знал, что он тоже встречается с ней. За моей спиной.

Айвар фыркает.

— Я начал встречаться с Лиссан раньше. — Он садится в кресло напротив, наклоняясь вперед. — И я тоже был... увлечен. Задолго до того, как ты объявил о своем якобы «Зове»!