Книга Попаданка: Кружева для Инквизитора, или Гламур в Лаптях, страница 84 – Инесса Голд

— Ты безумна, — выдохнул он. — Ты невыносима. Ты опасна.

Он подхватил меня на руки. Легко, как пушинку.

— И ты… великолепна.

— Куда мы? — спросила я, обнимая его за шею и чувствуя, как бешено бьется жилка на его горле.

— В спальню, — хрипло ответил он, шагая к лестнице. — Праздновать победу. Снимать стресс. И закреплять пройденный материал.

— А как же теория потоков? — прошептала я ему в ухо.

— К черту теорию. Сегодня у нас практика.

Он понес меня наверх, в свою башню, и я поняла, что в эту ночь лед растает окончательно. И, возможно, мы затопим этот замок к чертям собачьим.

Граф внес меня в спальню, как трофей, который он только что отбил у дракона, варваров и налоговой инспекции одновременно.

Дверь за нашими спинами захлопнулась от удара его сапога.

— Запечатать, — рявкнул он в пустоту.

По косяку пробежала синяя искра, и замок щелкнул с таким звуком, словно задраили люк на подводной лодке. Теперь сюда не вошел бы ни Архип с кашей, ни сам Господь Бог без письменного приглашения.

Александр не поставил меня на пол. Он пересек комнату в три гигантских шага и направился к кровати — монументальному сооружению из черного дуба под балдахином, которое больше напоминало алтарь для жертвоприношений.

— Саша, — выдохнула я, вцепившись в лацканы его рубашки. — Если ты сейчас скажешь что-то вроде «раздевайся, женщина», я начну смеяться. Это банально.

— Я не собираюсь разговаривать, — прорычал он.

Мир кувыркнулся.

Меня бросили на кровать. Матрас, набитый, кажется, облаками и пухом девственных лебедей, спружинил, подбросив меня вверх.

Я упала на спину, утонув в бархатном покрывале.

Граф навис надо мной. Его зрачки расширились так, что радужка исчезла, оставив только бездонную тьму. Он дышал тяжело, как паровоз, идущий на рекорд скорости.

В эту секунду мы столкнулись с главной проблемой всех исторических романов. Гардероб.

На мне были штаны пажа и рубашка, которую я сдуру завязала на талии морским узлом. На нем — жилет с двадцатью мелкими, тугими пуговицами, придуманными садистом-портным.

Его пальцы, привыкшие держать меч и создавать ледяные штормы, сейчас дрожали. Он дернул узел на моей рубахе. Ткань затрещала, но не поддалась.

— Черт! — выругался Инквизитор.

Я села, потянулась к его жилету. Пуговица выскользнула из пальцев.

— Да к черту! — не выдержала я. — У нас бюджет позволяет! Рви!

Он понял меня с полуслова.

Резкое движение — и треск ткани прозвучал как музыка. Моя рубашка разлетелась на лоскуты. Пуговицы с его жилета отстрелили в разные стороны, застучав по стенам шрапнелью страсти. Одна из них дзинькнула о ночной горшок.

Преград больше не было.

Его руки коснулись моей кожи.

— Ох… — вырвалось у меня.

Он был ледяным магом. Его ладони всегда были прохладными. А я горела. От адреналина после битвы с Элеонорой, от бега по лестнице и от желания,которое копилось во мне все эти недели.

Контраст температур был таким резким, что мне показалось, будто от места прикосновения пошел пар.

Он провел ладонями по моим бокам, вверх, к груди. Я выгнулась навстречу.

— Ты горячая, — прошептал он, целуя ложбинку между ключицами. — Ты плавишь меня, Варя.

Его губы накрыли мои. Это был не поцелуй. Это было столкновение двух стихий. Жадно, глубоко, до потери пульса.

Я закрыла глаза, отдаваясь ощущениям.