Книга Попаданка для императора, или Истинную вызывали?, страница 44 – Любовь Песцова

Ну еще бы! Не каждый день тебя «полторашка» лупасит вместо пеньяты.

— Так меня еще не называли, — вынес он вердикт.

Итак, вопрос на миллион — попытаются ли меня казнить за попытку кражи местных яблок и за жестокое нападение на местного... Кого?

Мужчина передо мной был одет в простую рубаху и брюки. Ничем не примечательные, вроде бы из простой ткани. Эх, и что я в шмотках не разбираюсь? Сейчас бы посмотрела на ткань и сразу бы социальный статус определила. А так стой, глазами хлопай.

Я и в прошлой жизни поражалась людям, которые потрогав, например, футболку, с умным видом выдавали: «это хэбэшечка». Что такое «хэбэчечка»?! Что за супер сканеры у них в глазах и на кончиках пальцев?

В общем, здесь был провал.

Каких-то украшений тоже не было. Разве что несколько колец на пальцах, но максимально простых. Ни тебе бриллиантов, ни изумрудов. Серебро с гравировкой. Под рубашку уходила цепочка, но снова серебряная.

Ладно, это хорошо. Похоже, не аристократ. Если бы я снова графа какого-нибудь приложила, это был бы эпичный провал. Бежать еще и из империи не хотелось. Тем более когда я только в нее попала.

Итак, вывод таков, что казнить меня вроде бы не должны. За кражу яблок даже в родном северокорейском Виндзоре на плаху не отправляли. Так, максимум плетей могли всыпать.

А в империи так вообще законы были не в пример демократичнее. Ну, по меркам этого мира, разумеется.

— Так меня еще не называли, — произнес мужчина, потирая лоб.

— Не сильно ударила? — Уточнила я, оценивая его состояние. — В глазах не двоится? Не тошнит?

Этот конкретный мужчина мне ничего не сделал, поэтому за жестокое нападение было очень стыдно.

— Все со мной в порядке — усмехнулся незнакомец. — Не доросла, чтобы меня покалечить.

Понятно. Если храбрится и ерничает, значит, жить будет. Ну и в суд на меня не подаст.

Улыбнувшись своим мыслям, я спустилась с небольшого пригорка, на котором и была расположена злополучная яблоня.

— Скажи это своей шишке на лбу.

Мужчина, наконец, отнял руку ото лба, после чего я смогла рассмотреть его получше.

Он был красив. Темные волосы, правильные черты лица, серые глаза, которые поблескивали при свете заходящего солнца, словно расплавленная сталь. Но самое главное — легкая ирония и хитринка во взгляде, которая делала эту внешность не просто набором случайных черт, а чем-то живым, особенным.

Ой, а может все же аристократ?

— Не слышу раскаяния в голосе.

— Потому что его нет. Нечего было подкрадываться. Разве можно так пугать? — Спросила я у незнакомца, пытаясь воззвать к его совести.

Черт, ну и как себя с ним теперь вести? Прямо спросить о его социальном положении? Как-то глупо.

— А разве можно воровать мои яблоки? — Ответил он вопросом на вопрос. — И бить меня?

Но не зло. Скорее, подшучивал надо мной.

Да нет, аристократ не стал бы так общаться. Тем более по моему платью должно быть понятно, что я явно не из высшего общества.

— А я не воровала. Вон оно, яблоко, на ветке как висело, так и висит.

Выкрутилась! А у моего собеседника так забавно левая бровь взметнулась вверх, что я непроизвольно улыбнулась.

Блин, а я так не умею.

— Что ж, ты права, — усмехнулся незнакомец, а потом подошел к дереву и сорвал то самое яблоко, за которым я тянулась.

Ну конечно, при его-то росте это оказалось даже слишком легко.