Книга Бракованная попаданка или истинная для Верховного, страница 12 – Любовь Песцова

— Я советую тебе, дорогая женушка, сидеть тихо и не отсвечивать. Если хочешь умереть не сломленным куском мяса.

Задыхаясь, я пыталась расцарапать руку мужчины. А еще лучше — глаза. Увы, моя внезапно обретенная сила не шла ни в какое сравнение с его.

В этом мире женщины тоже уступали мужчинам в этом показателе. Даже если относились к роду крылатых ящериц.

Когда начало казаться, что я и правда задохнусь, он разжал хватку.

— Будь хорошей девочкой и скажи, что поняла.

— Поняла, — просипела я. — Можешь душить дальше.

— Ты и правда умом тронулась!

— Ну так сдай меня в богадельню, — скривилась я. — Как твоя секретутка вчера предлагала. Что? Не нравится идея? Еще как не нравится. Там ведь я могу сболтнуть лишнего, правда?

Муженек начал закипать и готов был снова обеспечить мне неправильный БДСМ, поэтому я поспешила продолжить,пока у него гнев окончательно не отключил мозги.

— И убивать ты меня не будешь. Слишком много мороки, расследование может начаться. А вот подождать, пока сама помру — очень даже. Удобно, не хлопотно, гарантировано. Так что да, можешь душить. Надеюсь, мою смерть расследуют как положено. А учитывая, что я последняя в роду, не сомневаюсь, что так и будет.

Мистер Пакость зарычал, но ручки свои шаловливые к моему горлу больше не тянул.

— И с каких пор ты такая умная стала?

— Шизофрения помогла. Но это не важно, супруг мой драгоценный. Я к чему все это говорю… Вот тот сценарий, когда ты меня жестоко убиваешь, а потом сам отвечаешь по всей строгости закона — крайность. Я понимаю, что долго не проживу. И я согласна не портить тебе жизнь, хотя стоило бы, конечно. Но только в обмен на кое-какие преференции.

— Что ты хочешь?

Слово «сволочь» повисло в воздухе, но нужно отдать муженьку должное, он его не произнес.

— Служанку. А лучше несколько. Одну личную, несколько для подручных дел.

— Не жирно ли?

— Ничего, потерпишь лишний раз без прислуги. Или еще найми. На мои ведь деньги, не на свои. А я не хочу тут в дерьме лежать. Если уж сделал из меня калеку, будь добр хотя бы достойный уход обеспечить.

Я видела, какая внутренняя борьба шла у него внутри.

Вроде бы ничего такого не прошу. Ну действительно не сжигать же потом комнату, если здесь все в негодность придет из-за того, что к жене никто лишний раз не заглядывал.

А с другой, не хотелось. Ой как не хотелось хоть в чем-то мне потакать.

— Второе. Я хочу несколько часов в день выходить в гостиную. Или в библиотеке.

— Для чего это тебе?

Муженек подозрительно прищурился. Наверняка думал, что кого-то из прислуги буду просить отправить телеграмму в полицейский участок.

Ну, при условии, что здесь есть телеграммы и полицейские участки, конечно.

— Мне нужно хоть иногда покидать свою скорбную обитель. А то еще уверую, уподоблюсь монахиням, молиться начну. Кто знает, до кого мои молитвы потом дойдут.

— И как ты себе это представляешь?

— Как обычно. Пара крепких парней, взяли кресло и понесли. Так и буду кататься, — пожала я плечами, показывая, что ничего особенного в таком способе передвижения нет. — Ну и третье.

— Еще и третье?

— А ты как думал. Всегда есть три условия.Это же негласное правило любого фэнтези. Знать надо! Так вот, я хочу сумму на свое содержание. Хотя бы небольшую.

— Это еще зачем?

— Затем, что я хочу иметь возможность послать служанку на ярмарку за какой-нибудь приятной безделушкой. Что, неужели деньги в сокровищнице закончились? Так быстро? Я приятно поражена. Потратить все за такой короткий срок — это талант нужно иметь.