Книга Марионетка Чёрного колдуна, страница 40 – Любовь Песцова

Дыхание перехватило. Он все знал? Глупый вопрос. Конечно, он все знал. Это тоже была проверка.

— Я ведь пообещала служить вам. Я не сбегу.

— Зачем тогда оставила себе кулон?

Чтобы передать ордену Камень Душ, когда найду его.

— Я очень скучаю по своей семье. Знаю, что позволила себе слишком много, но мне хотелось думать, что я смогу хотя бы иногда видеть их.

Склонившись в поклоне, я застыла, ожидая вердикта.

— Что ж. Я подумаю над твоими словами, Лисэль Керн.

Пальцы в черной перчатке дотронулись до моего подбородка, заставляя подняться.

— А теперь начнем, — он махнул рукой, как бы приглашая следовать за ним.

— Что начнем?

— То, зачем ты готовила аустадер. Твоя кровь, Лисэль Керн. Она по-прежнему нужна мне.

Колени задрожали так сильно, что почти подкосились. Значит, приготовление зелья было не только проверкой моих способностей.

Я не заметила, как мы оказались в совсем другом помещении, которое хоть и не напоминало зал для жертвоприношений, пестрело разными магическими приборами и артефактами самого зловещеговида.

— Ложись, — колдун указал на кушетку, от которой я тоже не ждала ничего хорошего, хотя она была обита бархатом, а не сделана из голого камня.

— Зачем?

— Можешь остаться стоять, но тогда ты упадешь.

Резонно.

На дрожащих ногах я подошла к кушетке, хотя меня не покидало ощущение, что для Шаттенхарда я овечка, которая сама послушно идет на скотобойню.

Должно было успокаивать то, что он вроде как собирался поручить мне работу, значит убивать меня сейчас невыгодно.

Но не успокаивало.

От страха я почти забыла про зелье. Потянулась к сумке когда уже забралась на кушетку.

Быстро, чтобы не чувствовать наверняка отвратительный вкус, опрокинула склянку, проглотив вязкую жидкость.

По телу разлилось тепло, а кожа засияла перламутром. Временный побочный эффект. Но именно он подсказывал, что зелье сварено правильно.

Под пристальным взглядом фиолетовых глаз я легла. Хорошо хоть раздеваться не заставил. Впрочем, похоже, в этом плане я колдуну не интересна, что не могло не радовать.

В мою руку лег шарик, размером чуть меньше куриного яйца.

— Сожми.

Я послушалась и чуть не завопила от боли. Казалось, в руку впились сотни иголок, которые сейчас разорвут мою кисть на кусочки.

— А теперь спи.

Последнее что я видела, был щелчок пальцев, затянутых в черную перчатку.

* * *

Пробуждение было на удивление безболезненным. Хотя слабость присутствовала. Но учитывая, что колдун обещал выкачать из меня больше половины моей крови, я ожидала худшего.

Очнулась я снова на своем чердаке в своей кровати, а рядом на тумбочке стояла огромная кружка, в которой, судя по запаху, был горячий шоколад.

На столе, который располагался у окна, и вовсе обнаружился обед как минимум на десять персон. По крайней мере, одна я это точно могла бы есть неделю.

Интересно, это Леон в очередной раз пожалел меня и решил поделиться едой?

Быстро перекусив, я подошла к окну, которое выходило на башню колдуна. Высунувшись из него с угрозой свалиться, я пыталась понять, где он находится. Было уже темно, и любой огонек виднелся как на ладони.

Мне показалось, или на самом верху башни Шаттенхарда был отблеск свечи?

В любом случае, все остальное крыло было темным. И библиотека тоже. Я собиралась этим воспользоваться.

Подхватив свечу, я надела самые мягкиетуфли из тонкой кожи, которые нашла в местном гардеробе, и отправилась на поиски информации.