Книга Жена в бегах, страница 21 – Светлана Щуко

Мне снился чудный сон, как будто мой бывший муж из моего прошлого мира сидел у меня на кровати, тряс меня за ноги и противным скрипучим голосом мне говорил: «Послали боги хозяйку, спит, храпит, а кто дела будет делать, кто хозяйство будет принимать, вставай давай, говорю, принимайся за дело, время не ждёт».

— Отстань от меня, иди к своей молодухе,пусть она теперь твоим хозяйством занимается, — пробормотала я. Но он настойчиво продолжал меня трясти.

— Да что ж такое-то, ты наконец дашь мне поспать? — и я со всей силы лягнула его ногой.

Послышался грохот, что-то повалилось, и вслед за этим последовал какой-то странный нецензурный лексикон, и наконец наступила долгожданная тишина.

— Слава богу, — сказала я и довольная перевернулась на другой бок.

Потом резко распахнула глаза и, вскочив на кровати, уставилась на то место, куда я спихнула мужа. На полу сидел маленький лохматый старичок и таращил на меня большие глаза с красными зрачками.

— Мамочки, — прошептала я и, сглотнув вставший от страха ком в горле, завизжала во всю глотку.

Страшила встал, потирая ушибленный зад, и стал приближаться к кровати. Я вжалась в подушки, заметив на прикроватном столике массивный подсвечник, схватила его и замахнулась.

— Не подходи ко мне, чертяга, зашибу! — грозно и истерично проорала я.

Мужичок остановился, ещё больше расширив огромные глаза, внимательно посмотрел на меня и, шумно втянув носом воздух, принюхался, потом озабоченным голосом выдал: «Не пойму что-то, блаженную, что ли, боги послали».

Я от такого изречения даже растерялась и медленно опустила подсвечник. Страшила ещё ближе подошел, уперся руками на сундук, стоявший в ногах кровати, и опять, принюхавшись, расслабился. «А, нет, слава богам, не сумасшедшая, просто новорождённая». Залез на ларь и, усевшись по-турецки, с улыбкой уставился на меня.

-А ты такая ничего, сочненькая, хотя тебе до твоей прабабки далеко, знойная женщина, я тебе скажу, была.- И он плотоядно облизнул свои губы с мечтательной улыбкой, закрыл глаза.

Я поморщилась от этой картины и, прокашлявшись, спросила: «А ты, собственно, кто такой?»

Он изумлённо открыл глаза, приподняв одну бровь и стукнув себя в грудь, гордо сказал: «Я Лауру, хранитель этой усадьбы».

Порывшись в памяти, вспомнила, что Лауру — это итальянский любвеобильный домовой.

— Домовой, что ли?

- Не знаю, кто это, не был знаком , - он окинул меня задумчивым взглядом. - Мда, учить мне тебя придётся всему долго, знаний вообще никаких, пустая голова абсолютно. - Ну, в общем, давай-ка одевайся, пойдём усадьбу будешь принимать, а потом и за образование твоё возьмёмся. - И он внаглую стал с менястаскивать одеяло.

- Эй, эй, ты что творишь-то? Совсем ополоумел, старый хрыч.

- От такой и слышу, - спокойно ответил он, продолжая тянуть одеяло на себя.

- Я молодая девушка вообще-то. - С вызовом ответила я и со всей силой дёрнула одеяло на себя. От неожиданности домовой выпустил его из рук, завалился на пол, резко вскочил на свои короткие ножки и ехидно сказал: — Это тело твоё молодое, а откуда ты пришла, старуха, тебя даже муж поменял на молодую. - Он выставил ногу вперёд и с вызовом уставился на меня.

Я даже растерялась, и как-то от этих слов сразу обидно и больно стало за себя, на глаза навернулись слёзы. Мгновенно перед глазами промелькнула вся прошлая жизнь. Жизнь только для семьи, для мужа, для детей, и в одно прекрасное мгновение — раз, и никому не нужная старуха.