Книга Тайна блаженной Катрин, страница 24 – Светлана Щуко

Несмотря на высокую степень эмоционального напряжения и возбуждения, вызванного нашим разговором, физиологическое истощение постепенно брало верх не только меня, но и Арджуна.

Решив обоюдно оставить разговор до завтра, мы оба мгновенно уснули.

— Госпожа баронесса, пора вставать! Завтракать и отправляться в путь, — раздался знакомыйголос. Я с трудом очнулась после сна, села и, моргая, осмотрелась. Всё тело ныло после ухабистой дороги. Потянувшись, я размяла затекшие мышцы.

— Катрин, как вы себя чувствуете? — спросил озабоченным голосом лекарь, стоявший возле двери экипажа.

— Сносно, месье, но от нурофенчика или на худой конец аспиринчика я бы сейчас не отказалась. У вас случайно не завалялось что-то подобное? — спросила я, улыбаясь, у растерявшегося лекаря и добавила.

— Хинин, господин лекарь, я имею в виду хинин, всё так болит, это просто ужас какой-то. — Я встала и, подав руку виновато улыбнувшемуся мне мужчине, вышла из кареты.

- К сожалению, баронесса, я ничего подобного с собой не брал, - извиняющимся голосом ответил он .

- Забудьте, - махнула я рукой, принюхиваясь.

Наступило утро. Первые лучи солнца едва-едва коснулись верхушек деревьев. Карета стояла в лесной чаще неподалёку от дороги. Кучер суетился у костра, от которого исходил восхитительный аромат свежесваренного кофе.

После утреннего туалета я с комфортом расположилась на заранее подготовленном пледе и с удовольствием сделала глоток горячего напитка, который сразу же взбодрил меня. Настроение поднялось, и мир вокруг заиграл новыми яркими красками.

Через некоторое время лекарь отправил кучера немного отдохнуть, а мы с ним неспешно продолжили наслаждаться вкусной едой и вести неторопливую беседу.

— Арджун, здесь случайно разбойники не водятся? — спросила я, настороженно прислушиваясь. — Мне кажется, кто-то скачет.

— Мы едем по тракту Катрин, который ведёт в Париж, здесь довольно оживлённая дорога, — ответил мне лекарь, провожая взглядом промчавшегося всадника, который оставил после себя клубы поднявшейся пыли.

Я продолжала внимательно наблюдать за наездником, и не зря. Всадник неожиданно развернулся и направил коня в нашу сторону.

Мы, не сговариваясь, рефлекторно вскочили на ноги.

Лекарь, не теряя ни секунды, скомандовал: "Катрин, немедленно направляйтесь к карете", - одновременно выхватывая шпагу из ножен, закрепленных на перевязи.

Всадник натянул удила, и конь, встав на дыбы, остановился.

-Господин лекарь, приветствую вас, чуть мимо не проехал, хорошо, карета с графскими гербами, позвольте представиться, гонец его сиятельства, шевалье Лепаж, — прокричал мужчина, спрыгивая с возбуждённогоживотного. — У меня послание к вам от графа, господин граф велел вам передать, чтобы вы оставались в его парижском доме до его прибытия. Всадник перевёл на меня подозрительный взгляд и стал внимательно меня рассматривать.

— А что, собственно, случилось, позвольте у вас узнать, месье шевалье, — спросил напряжённым голосом Арджун.

— Случилось, баронесса покончила с собой. Его сиятельство отправил меня с донесением к королю, — так и не спуская с меня глаз, ответил он.

— Как это произошло? — воскликнул лекарь с неподдельным удивлением.

— Она утопилась. А это кто с вами, месье? — Мужчина, прищурившись, подошёл ко мне.

— Что вы так на меня смотрите, сударь? Своим поведением вы меня смущаете. На мне узоров нет и цветы не растут, — с вызовом сказала я и подбоченилась.