Книга Невеста не из того теста, страница 25 – Екатерина Мордвинцева

— Мистер Локвуд, мисс Вандергрифт. Один месяц отработок в архивном отделе. Каждый день после занятий. Разбирать и каталогизировать древние свитки. Без использования магии. А теперь оба в мой кабинет.

Он развернулся и ушёл, не дав им возможности возразить. Каэлан и Леона, бросив на меня и Элис взгляды, полные такой ненависти, что, казалось, воздух закипит, поплелись за ним.

Я стояла, всё ещё дрожа, и смотрела на Элис.

— Зачем?.. — прошептала я. — Они теперь и тебя возненавидят.

Элис пожала плечами, и её лицо снова озарила привычная беззаботная улыбка.

— О, да они и так меня недолюбливают. Говорят, я слишком часто «случайно» что-нибудь взрываю. — Она подмигнула. — Но подставлять невинных — это уже перебор. К тому же, — она понизила голос, — я видела, как тот енот твой за тобой по пятам ходит. Еслиуж он за тебя горой, значит, ты не можешь быть плохой.

В тот вечер, вернувшись в комнату, я обнаружила на своей кровати аккуратный свёрток. В нём лежала новая бархатная сумка для сбора трав и маленькая, самодельная конфета. Рядом сидел Мартин, довольно потирающий лапки.

— Видала? — сказал он. — А ты говорила — враги. Зато теперь у тебя есть сообщница. Настоящая. И, между прочим, довольно сообразительная. С этой можно иметь дело.

Я смотрела на конфету, на новую сумку, и впервые за долгое время почувствовала нечто, отдалённо напоминающее надежду. Возможно, Айстервид был не только местом ссылки. Возможно, здесь можно было найти не только врагов, но и друзей.

---------------------------------------------

Книга выходит в рамках литмоба "Ненужная невеста в академии":

Ясмина Гейтервус

Слухи в Айстервиде расползались быстрее, чем плесень по сырым стенам. История с подставой в Оранжерее Забвения, казалось, утихла после наказания Каэлана и Леоны, но я чувствовала подвох. Слишком уж спокойно и зловеще вели себя мои обидчики. Они не бросали колкостей, не строили гримас — они просто смотрели на меня с холодной, выжидающей улыбкой, которая была страшнее любой открытой угрозы.

Ответ пришёл спустя три дня. На очередном занятии по истории магии дверь в аудиторию распахнулась, и на пороге появилась старшая служанка с таким важным и невозмутимым видом, будто она лично отвечала за смену времён года.

— Мисс Ясмина Гейтервус, — произнесла она, и её голос прозвучал как раскат грома. — Вас требует к себе ректор. Немедленно.

В аудитории воцарилась мёртвая тишина. Все взгляды устремились на меня. Леона, сидевшая через два ряда, негромко и сладко кашлянула в ладошку.

Сердце у меня упало куда-то в ботинки. Ректор! Магистр Элинор Торн была легендой Айстервида — старой, могущественной и, по слухам, невероятно суровой дамой, которая появлялась так редко, что некоторые студенты за весь срок обучения ни разу не видели её в лицо. Вызов к ней никогда не сулил ничего хорошего.

Я, как во сне, поднялась и вышла из аудитории. Старшая служанка молча повела меня по длинным, извилистым коридорам, которые вели в самую сердцевину главной башни — туда, куда обычным студентам доступ был заказан.

Кабинет ректора оказался огромным, мрачным помещением. Воздух здесь был густым от запаха старого пергамента, сушёных трав и чего-то ещё — острого, как сталь, и холодного, как лёд. За массивным дубовым столом, покрытым резьбой с изображениями драконов и рун, сидела женщина.