Книга Король пепла, страница 82 – Мелани Лейн

– Объясни, как устроен Инфернас. Ты, этот мир, Грейден и Высота… Я хочу знать, как все это связано.

Она сразу перешла к делу. Что ж, меня это вполне устраивало. Мы собирались стать командой, друзьями. Мне предстояло удовлетворить любопытство маленькой ведьмы.

– Я правлю Инфернасом уже более пятисот лет, – начал я. – Какты знаешь, именно я заключил мирный договор с твоей прародительницей.

Эверли кивнула.

– Чего ты не знаешь, так это того, что я не принадлежу к знатному роду. Я был избран, чтобы править.

– Кем?

– Инфернасом.

– Тебя избрал этот мир? – удивленно протянула она.

– Инфернас – это не просто мир. У Инфернаса есть сознание. Он является источником жизни для всех нас. Его поля, озера и леса. Каменные реки, Пустошь и Огненные земли… все это породило нас. Инфернас сам определяет, кто достоин занять трон.

– И он выбрал тебя?

Я решил не принимать на свой счет ее удивленный тон:

– Много веков назад я был простым даймоном черного огня. Мы с Амидой росли вместе. Я знал ее и Рорка с детства. Когда старый король умер, жители Инфернаса затаили дыхание, гадая, по чьим венам на этот раз потечет инфернальный огонь нашего мира. Инфернас выбрал меня. Мне достались фамилия, титул и этот амулет. – Я рассеянно поигрывал цепочкой на шее. – Я оставил Огненные земли и перебрался в эту крепость. Амида и Рорк присоединились ко мне.

– И твой народ воспринял это спокойно?

– Конечно.

Она изогнула бровь:

– Все?

Ну, может, не все. Вздохнув, я отпил вина:

– Нет, не все.

– Полагаю, – заговорила Эверли, – раз избран может быть любой, а престолонаследие не определено происхождением, сталкиваешься с огромной завистью.

На моем лице отразилось изумление.

– Это… да. В точку. Первые десятилетия, даже столетия, все было хорошо. Мы освоились в своих новых ролях и обеспечивали процветание Инфернаса. Потом я заключил договор с ведьмами.

С тех пор все и пошло по наклонной.

Эверли фыркнула:

– Дай угадаю: с этого момента все пошло по наклонной?

– Да.

Она пожала плечами:

– Для нас тоже.

– В каком смысле?

– Заклинание, сковавшее наши силы, принесло с собой забвение. По крайней мере, так говорят. Мы перестали быть настоящими ведьмами, а ковены, которые должны действовать сообща, отдалялись друг от друга все больше. До Пакта мы были ведьмами, после… стали скорее людьми.

– Говоришь так, будто сама была при этом.

– Конечно, нет, но все же… Пакт определил мою жизнь, – мрачно откликнулась Эверли. – Он превратил меня в зимнюю ведьму. Само же понятие «ведьма» становилось все более размытым, и теперь мы просто зимние ведьмы, весенние ведьмы… – Она закатила глаза. – Ковены не доверяют друг другу, хотя мы и неотделимы.

– Я непредполагал, – искренне признался я, – что это решение будет иметь такие серьезные последствия и для вас.

– Пакт заставил ведьм забыть, кем они были. – Эверли с вызовом посмотрела на меня. – А какими оказались последствия для Инфернаса?

– Восстание, – тихо пробормотал я и, избегая взгляда Эверли, посмотрел на стол; еда уже наверняка остыла.

– Восстание? – переспросила она и, когда я ничего не ответил, повысила голос: – Данте! – Эверли постучала по столу, а потом снова, пока я не поднял глаза. – Восстание?

– Во главе с Имиром, отцом Амиды.

Это заставило ее замолчать.

– Не хочешь чего-нибудь поесть? – попробовал я ее отвлечь.