Онлайн книга «Баллада о призраках и надежде»
|
Хотя, конечно, я уже не такой злой, как прежде. — Привет, папа, — тихо говорю я, зная, что он меня не слышит. Это каким-то образом придает мне силы, зная, что он не может ответить и сказать мне болезненные вещи. — Давно не виделись, не правда ли? Я делаю глубокий вдох и вздыхаю, глядя на мемориальный камень, как он. По прошествии нескольких секунд молчания поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Даже после всего этого времени мне тяжело смотреть ему в глаза. Думаю, его лицо будет меня преследовать всегда. Мой разум не может стереть из памяти его ненавистный взгляд и злобные нахмуренные брови. Наконец-то я заставляю себя встретиться с его уставшими глазами. И уродливая, старая боль в моем сердце отступает. Его ореховые глаза наполнены слезами, а руки крепко сжаты. Его пиджак выглажен, будто швачка отшила его специально для встречи со мной. Ботинки начищены. Часы закреплены на запястье. Комок в горле разрастается, и неведомое чувство поглощает меня. Это не печаль и не облегчение, но и не злость или обида. Мои слезы падают раньше, чем у него — он наконец пришел повидаться со мной. Он молчит, и мне интересно, как долго он будет молчать. Мой отец никогда не был многословен. Зачем ему начинать сейчас? Я решаю, что скажу ему то, что держал в себе всю свою жизнь. — Знаешь, ты был ужасным человеком. Не тем, у которой плохие дни или переживает трудные времена. Ты действительно был одним из самых плохих. Я не заслуживал того, что ты делал. То, что ты сказал. — Я делаю паузу, отводя взгляд от его пустого выражения лица и возвращаясь к полю цветов. — Даже если ты ненавидел меня…я хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя. Вопреки всем жестоким побоям и эмоциональным издевательствам, я все равно искал твоего одобрения, твоей любви. Жаль только, что ты этого не видел. Он вытирает глаза и встает. Уже идет? Я сдерживаю эмоции и бездушно говорю: — Ты даже не смог прийти, чтобы похоронить меня, черт возьми? Зачем ты сейчас? Зачем! — Я кричу и падаю на колени, ударяя кулаками по земле. — И ты ничего не хочешь мне сказать? Мойотец останавливается, словно услышав голос в шуме ветра, и поворачивает голову назад, глядя на камень. Я замираю, ловлю себя на том, что жду, затаив дыхание, желая. Желая, чтобы он сказал… — Я знаю, что они тебе сейчас не нужны, — он достает из-под пальто блокнот для рисования и свежий набор акриловых красок, кладет их рядом с камнем. — Но теперь я вижу…как я ошибался. Каким жестоким я был. — Глаза моего отца сужаются от боли, а губы дрожат. Мои глаза расширяются, когда пальцы погружаются в землю. Он больше ничего не говорит. Через несколько минут возвращается на тропу и уходит. Я смотрю на блокнот и краски, слезы капают из моего подбородка. Почему мне пришлось умереть, чтобы он наконец принял меня таким, каким я являюсь? Шаги на гравийной дорожке становятся более близкими, а теплая рука нежно ложится мне на спину. — Он искупил свою вину? — спрашивает Офелия нерешительно. Я смотрю на нее и вытираю слезы из глаз. — По-своему. Глава 39 Офелия Сегодня вечером Лэнстон улыбается ярче. Я не рассказываю ему о тайном письме, которое оставила в «Убежище Невер», пока он разговаривал с отцом. Он не предназначался ему, но я надеюсь, что человек, для которого я его писала, когда-нибудь его найдет. |