Книга Оставь меня позади, страница 40 – К. М. Моронова

Я попыталась сбросить его и закричать о помощи, яростно дрыгая ногами. Но когда холодный воздух коснулся груди, всё моё тело застыло, будто парализованное. Даже кровь в венах казалась ледяной.

Моё дыхание стало бешеным, хриплым. Слёзы текли по щекам, пока Брэдшоу медленно расстёгивал мою жилетку. Он провел ножом по моей рубашке, легко разрезая ткань и мой спортивный бюстгальтер. Ночной холод обжигал кожу. Мои соски затвердели, и ужас глубоко проник в мои кости.

Я попыталась укусить руку Джефферсона, но он крепко держал мою челюсть. Приглушённый крик застрял в горле, и я снова дёрнулась из последних сил. Все их взгляды устремлены на мои голые соски. Меня переполнял стыд, и я хочу избить каждого из них до бесчувствия.

Зачем они это делают? Это хуже всего, чем всё, что когда-либо творил Риøт.

Слёзы размывали моё зрение, а моя энергия быстро угасала. Мой разум отключился и перешёл в режим выживания.

Я лежала неподвижно и позволила своему телу обмякнуть. Моё затруднённое дыхание было единственным звуком, который раздавался в темноте.

Брэдшоу смотрел на меня пустыми глазами. Ему было всё равно,что он делал со мной и какое влияние это окажет на моё психическое состояние. Я удерживала взгляд, отказываясь отпустить то единственное, что у меня осталось, — мой смертоносный взгляд.

Он усмехнулся, хмуря брови, словно жалея меня.

— Все еще борешься? Черт, ты крутая. — Брэдшоу поднёс острие своего кинжала к моему правому боку, к чувствительной плоти прямо под грудью. Он вонзил острый кончик, и я закричала в потную ладонь Джефферсона. Боль пронзила моё тело, но больше, чем боль, я ощутила, как нежная рука Брэдшоу сжала мои рёбра, чтобы удержать равновесие. Его горячая промежность над моей вдруг заставила страх, заполнявший мою кровь, превратиться в возбуждение.

Это полный пиздец.

Мой крик превратился в стон, и Брэдшоу поймал мой взгляд, не упуская ни единой детали того, как моё тело реагировало на него и боль. Боже, я надеялась, что остальные двое слишком отстранены, чтобы что-либо заметить. Меня не должно было это возбуждать. Нет, меня это невозбуждало. Я прикусила нижнюю губу, чтобы подавить следующий нарастающий стон.

Джефферсон вздрогнул и сказал:

— Кости, ты сказал, что мы просто напугаем ее. Это зашло слишком далеко. — Он неуверенно перевёл взгляд с Брэдшоу на Пита.

Пит ослабил хватку на моих лодыжках.

— Ты причиняешь ей боль! — его голос прозвучал искренне потрясённым и обеспокоенным.Слава богу, они не услышали удовольствия в моих стонах.

Брэдшоу проигнорировал их обоих, не сводя с меня своих дьявольских глаз, и провёл лезвием мучительно медленно по дуге, повторяя форму моей груди. Я извивалась и дёргала бёдрами. Боль дала мне странный кайф, а его похотливые глаза, хватка на теле и твёрдая промежность зажгли мои нервы. Он склонил голову вниз, приподнял маску ровно настолько, чтобы обнажить губы, и взял мой сосок между зубами, затем опустил губы на мою плоть и оставил там одинокий поцелуй.

Он остановил разрез на кончике моей грудины.

Слёзы стекали по вискам от боли и стыда, но больше всего от жестокости всех троих.

Горячая кровь согревала мою кожу, стекая по боку и собираясь в лужу на грязной земле. Джефферсон отпустил мой рот и оттолкнул Брэдшоу.

— Чёрт возьми, — ругнулся Джефферсон себе под нос, аккуратно сложив жилет на моей груди, чтобы прикрыть меня. Его руки дрожали. Он быстро поднял меня на руки, словно яничего не весила, и побежал обратно на базу. Пока он нёс моё безвольное, измученное тело, я могла только смотреть за его спину на Брэдшоу, который всё ещё смотрел на меня, как на недоеденный кусок пищи.