Книга Однажды в сердце демона, страница 21 – К. М. Моронова

— У нас не вся ночь впереди, — безразлично напоминает он.

Я прочищаю горло.

— Я связываю свое сердце с твоим, Лорд Лорнхельм.

Только слова срываются с моих губ, как между нами вспыхивает яркий сияющий свет нашей клятвы. Меня застает врасплох то, насколько невероятная сила изливается из моей груди. Кожу жжет в месте, где сходятся ключицы, и судя по тому как Калел вздрагивает и смотрит на скрытую под доспехами грудь, он чувствует то же самое. У того, кто принимает священную клятву, появляется такая же метка веры, как и у дающего.

Свет угасает, а вместе с ним — мое сознание.

***

Я просыпаюсь от низкого, глубокого гула.

У меня кружится голова, а тело ломит с головы до ног. Со стоном я пытаюсь сесть, но ничего не получается. Я потеряла сознание? Где я?

Я медленно открываю глаза, поднимаю тяжелые от усталости веки. Я в просторной палатке, выполненной в багровых и бежевых тонах, цветах Королевства Девицит. С металлического каркасасвисают их флаги и полотна с девизами.

Я не помню, чтобы их видела перед тем, как потеряла сознание. Сколько же прошло времени?

Руками я провожу по всему телу: груди, животу и наконец бедрам. Я все еще жива.На моих губах появляется слабая улыбка восторга.

На этот раз боль не мешает мне сесть. Моргнув, я инстинктивно касаюсь метки от священной клятвы у себя на груди. Свободная холщовая рубашка открывает мои ключицы, но спускается ниже талии. Мои доспехи и одежда из Алзора исчезли. Кто меня раздел?

Хотя, наверное, мне стоит в последнюю очередь переживать о том, кто из незнакомцев меня переодел. Я прижимаю руку ко лбу, пытаясь унять невыносимую пульсирующую боль в голове.

— Ты проснулась.

От голоса Калела моя спина напрягается.

Обернувшись, я обнаруживаю Калела расслабленно развалившимся на стуле. На нем больше нет доспехов, и теперь, когда я знаю, кто он, каким-то образом он продолжает казаться таким же устрашающим. Аптекарь, как же.Мне хочется уличить его во лжи, но я держу рот на замке.

Его волосы зачесаны набок, одна из прядей идеально лежит на лбу, а холодные глаза изучают меня с тем же любопытством, с каким я сама смотрю на него.

Он одет в черную рубашку с длинными рукавами, наполовину расстегнутую и демонстрирующую красивого оливкового цвета кожу на его мускулистой груди. Я убеждена, что он — бог. Хитрости и страданий, но все равно бог. Как еще можно объяснить его демоническую красоту, его рост около семи футов? На его груди видна такая же метка от клятвы, как у меня, золотой круг с единственной блестящей вертикальной линией, разрезающей его пополам.

Он склоняет голову, и мое внимание перемещается на его заостренные уши. Их украшают четыре круглых золотистых сережки, придавая ему вид истинного герцога.

Заметив мой восхищенный взгляд, он обнажает упирающиеся в нижнюю губу клыки. Я не знаю, улыбка это или предупреждение, напоминание о том, что он меня не выносит.

Я отворачиваюсь от него, переводя взгляд обратно на свое тело. На безымянном пальце у меня появилось золотое кольцо, напоминающее небольшую корону. Волосы закрывают мою грудь, белые и серебристые пряди крупными волнами струятся почти до талии. И я вся пахну, как Калел.

— Почему я пахну тобой? — весь ужас, что я чувствую, проник в мой голос. — Где моя одежда?

Калел смотрит на меня, не моргая.