Книга Сохрани. Уничтожь, страница 1 – Мария Хронос

Анфелим. Август 193 года с даты открытия гена Ингмара

— Ну, чего ревешь? Такой красивый парень, а такой нюня!
Киран поднял голову. У парапета, на котором он сидел, прижав колени к груди, стояла старуха в потрепанном цветастом плаще. Влажный ветер, веющий с моря солью и холодом, беспокойно трепал седые длинные космы.

— Красивый?... — Киран кисло улыбнулся. Старуха явно плохо его разглядела в наступающих сумерках. Его лицо было обезображено глубоким шрамом, рассекающим правую сторону от лба до середины щеки — неровная бугристая полоса прерывалась лишь у глаза, который теперь был затянут мутной белой пеленой.

— Ох ты, — старуха, шаркая, подошла и оперлась о парапет, встав так близко к Кирану, что ему в нос ударил горький запах табака, пропитавший её одежду. — Ну, издалека ты выглядел симпатичным.

Киран фыркнул и вытер левую щеку. Правую трогать боялся — шрам снова саднило. Он болел всю последнюю неделю, хотя Вэлли в клинике не находили никакой патологии.

— Так чего ревешь? — старуха порыскала по карманам и выудила длинную курительную трубку.

— А ты не очень догадливая, да? — усмехнулся он, наблюдая, как ее кривые длинные пальцы деловито забивают табак.

— Хочешь, чтобы я угадала? — прищурилась старуха.

Он молчал, пока она заканчивала приготовления и раскуривала трубку, пуская длинные струйки сизого дыма. Наконец, повернувшись лицом к морю, она выдохнула в очередной раз, и вместе с дымом из ее рта вырвались слова:

— Ты пришел на ярмарку в поисках чуда. Но так и не нашел ничего для себя.

Киран уставился на свои кроссовки, ковыряя пальцем грязь, присохшую к люверсам.

— Ярмарка кончилась, а ты все здесь. Что ж, не теряешь надежды?

Он шмыгнул носом и пожал плечами вместо ответа.

— Я тоже не спешу домой. Не все разошлось. Осталось вот три вещички. Хочешь взглянуть?

Киран недоверчиво покосился на старуху. Что она могла ему предложить? Ни один артефакт на свете, даже самый древний, не был способен исправить уродство, сотворенное Нельт. Разрушающая Ри запеклась у него под кожей, и кто знает, сколько ещё времени будет причинять боль. Может быть, это на год или на два. Может быть — на всю жизнь.

— Валяй, — сказал он, хотя бы для того, чтобы странная старушенция уже отстала. — Показывай свое барахло.

Она улыбнулась — во рту не хватало половины зубов. Морщинистая рука юркнула в безмерныйкарман плаща, чтобы потом протянуть Кирану три несчастных колечка: почти одинаковые на вид, узорчатые, без камней, и явно не из ценного сплава. Но от них несло Ри так сильно, что Киран ощутил мягкую вибрацию воздуха, даже не успев протянуть к ним руку.

— Выбери только одно.

— И что в них?

Старуха пожала плечами.

— Одно сделает тебя невидимым лишь на мгновение. Второе — подарит красоту до полуночи. А третье… Третье сделает тебя счастливым навечно. Выбирай мудро!

Киран усмехнулся, смерив торговку недоверчивым взглядом.

— Ты же жаловалась, что не смогла их продать? Почему даёшь только одно?

Она недовольно сморщилась, тыкая в его сторону трубкой.

— Выбирай, несносный мальчонка! Не то вовсе передумаю.

— Красота до полуночи? Бессмыслица, — хмыкнул он. — Счастье… Счастье не бывает вечным. Исчезнуть — пожалуй, единственное, чего я хотел бы по-настоящему.

Торговка склонила голову набок, пронизывая его изучающим взглядом. Сумерки сгущались, и Киран не видел наверняка, но на миг ему показалось, что её маленькие глаза блеснули тем серебристым оттенком, который изредка отражался в его поврежденном глазу — болезненный след запечатанной Ри.